В рамках дозволенного

Неужели? А что же тогда причина?

– Откуда ты знаешь Джоя? – вдруг спросил Тим. Прозвучало почти обвинительно. Но я поймала себя на мысли, что тоже хочу услышать ответ…

– Он мой старый друг. – Ник пожал плечами, снова отворачиваясь к окну.

Тим хмыкнул, прищурился, помолчал, барабаня пальцами по спинке сиденья, и бросил резко:

– Ладно. Другой вопрос: кем он тебе является сейчас?

– Другой ответ: бывший друг, – отозвался Никита.

Атмосфера накалялась. Хотя голос брата звучал спокойно, я заметила, как он напрягся: обострились скулы, выпрямилась спина, дернулись пальцы.

Вместо того чтобы срывать злость на мне, Тим выплескивал ее на Ника. И это было неправильно. Но что я могла поделать? Лишь ждать, когда мы окажемся у дома брата.

– И насколько близкий друг?

– Малыш, это не твоего ума дело. – Никита скрестил руки на груди. – Просто друг.

Вновь раздался звериный смех Тима, правда, ставший чуть мягче. И все равно он словно разогревал воздух в салоне, делая его горячим. Раздражение играло на кончиках моих пальцев, особо острое от осознания, что придется терпеть этого поганца еще двадцать шесть дней.

Ненавижу, ведь не только меня доводит, но и…

Машина резко затормозила. Я выскочила на улицу следом за братом и поцеловала его в щеку на прощание, извинившись за поведение Тима. Но стоило вновь разместиться на заднем сиденье, надеясь спокойно довезти наглого пацана до дома, как тот подал голос:

– Лада, вам на будущее: если попытаете своего кузена, узнаете много интересных подробностей его личной жизни.

– В смысле? – Я нахмурилась.

– Просто совет. Знаете, я иногда люблю давать советы. – Тим пожал плечами. – Да и, признаюсь, кузен ваш меня дико бесит.

А как же ты бесишь меня, Тимоша. Избалованный засранец, который не ценит других и думает только о себе. Живешь ради удовольствий, поэтому и мечтаешь избавиться от каждой гувернантки, ведь они мешают прожигать жизнь.

– Точная ваша копия: спокойный, тихий, раздражающий… – продолжал Тим.

Его слова сливались в единый поток.

Меня клонило в сон, напряжение спадало, сменяясь усталостью. Тим, вероятно, заметил это, и в какой-то момент замолчал.

Машину стало потряхивать – мы подъезжали к дому по грунтовой дороге. Когда остановились и я начала выбираться из салона, Тим решил выкинуть козырную карту:

– Как вообще можно дружить с кем-то таким, как этот ваш Никита? Не понимаю. Хотя дружба с Джоем – кузену вашему по заслугам.

– Вы с ним тоже друзья, – напомнила я.