Блеск

Головная боль становится сильнее, давя на глаза, и я резко выпаливаю:

– Нет!

Услышав внезапный возглас, все переводят на меня взгляды, но сердце стучит так сильно, что мне не удается сосредоточиться ни на чем, кроме боли, которая отчего-то теперь отдается в груди.

Я не замечаю, как вскакиваю на ноги и внезапно оказываюсь стоящей лицом к Мидасу с поднятыми порезанными руками, словно мне по силам отвести беду.

– Нет, мой король. Прошу вас…

Мидас не удостаивает меня и взглядом. Фульк осматривает мое тело, которое наполовину скрыто заснеженной тенью, наполовину озаряется светом от камина.

– Одна ночь, без помех, и она в моем полном распоряжении? – уточняет Фульк.

Мидас склоняет голову. Я подаюсь всем телом вперед.

Хватаюсь за прутья решетки, обхватив изрезанными пальцами металл и срастаясь с ним в шатких объятиях.

– Хочу половину Четвертого королевства.

– Разумеется, – соглашается Мидас, словно дело уже решенное. Словно он с самого прибытия Фулька планировал такой исход переговоров.

Мое тело окидывают еще одним взглядом.

– На таких условиях я согласен, Мидас.

Мой царь поднимает голову, и на его лице появляется победное выражение:

– А твоя армия?

С минуту Фульк шепотом обменивается мнениями с советником, а потом кивает.

– Я отправлю воинов сегодня же вечером.

На душе становится кисло, как от испорченного винограда. Внутри все разрывается от буйных волн, которые заливают меня горькой, едкой кислотой. Меня охватывает нежелание примириться со своим положением.

Он никому не разрешал даже прикоснуться ко мне. Я принадлежу Мидасу. Так он всегда утверждал. Я ему дорога. Я была с ним десять лет, и за все это время он ни разу никого ко мне не подпускал.

Мидас меня спас. Забрал из руин и привез в замок. Я подарила ему сердце, а он предоставил мне защиту. Один взгляд. Он сказал, что полюбил меня с первого взгляда, и я тут же полюбила его в ответ. Да и могло ли случиться иначе? Он первый человек, который отнесся ко мне с добротой.

В горле перехватывает дыхание, и я берусь за прутья. Перед глазами все расплывается от зыбкой тревоги.

– Нет, Тиндалл, пожалуйста.

Назвав царя Мидаса по имени, слышу изумленные возгласы от Полли и Риссы. Ни одна живая душа не смеет так небрежно с ним разговаривать. Людям и не за такое отрубали головы. Но имя вырвалось само по себе.