Свет

Не знаю, сможет ли Аурен в нынешнем состоянии пролить золото, если солнечные лучи коснутся ее кожи, но все равно волнуюсь. Ей нельзя пользоваться магией, а если сила начнет неудержимо выплескиваться из нее, то Арго не сможет лететь дальше.

Чувствую бедрами, как Арго тяжело дышит. Дыхание у него прерывистое, мускулы дрожат от напряжения. Вижу в сером свете, что под сильными порывами налетевшего на нас ветра из его крыльев цвета древесной коры выдернуты перья. С его взмыленной морды свисают ледяные сталактиты[3 - Сталактиты – хемогенные отложения в карстовых пещерах в виде образований, свешивающихся с потолка (сосульки, соломинки, гребёнки, бахромы и т.

 п.).], напоминающие дополнительные клыки, но Арго не перестает рычать и продолжает лететь вперед.

– Не останавливайся, – тороплю его я, но не знаю, слышит ли он на ветру мой голос.

Когда он опускается в еще один воздушный карман, чтобы лететь было проще, меня пронзает чувство вины. Арго устал даже в приступе гнева. Я давлю на него: заставляю лететь слишком быстро и слишком долго, но выбора у меня нет.

Рассвет наконец прогоняет ночь. Небо сияет как маяк, освещая путь бушующему шторму. Я оглядываюсь назад и смотрю на облака, которые будто скачут на нас, желая раздавить оледенелыми копытами.

Аурен дрожит у меня на руках, и я стискиваю замерзшие зубы, скрежеща застрявшим между ними льдом. Грохочет гром, издавая утробный смех и угрожающе фыркая, но Арго отвечает ему гортанным рыком, хриплым от усталости.

В мыслях у меня мелькают тысячи вариантов.

Что у нас ничего не выйдет. Что Арго придется приземлиться. Что Аурен станет еще уязвимее. Что буря наконец нас сломит.

Но вот передо мной предстают знакомые очертания потрескавшихся гор.

Дэдвелл.

Мы успели.

При виде них в груди расцветает надежда.

С земли видны лишь сгнивший снег и потрескавшиеся вершины. А с воздуха – защищенная от света мерзлая долина между горами, напоминающими ряд кривых зубов. Она кажется неприветливой. Уродливой. Заброшенной.

Но только если не знать, куда глядеть.

Я по привычке издаю свист, подав Арго знак, – но зверю, даже если он меня слышит, не нужно напоминать. У него острое зрение, а верное направление он чует лучше меня. Если уж на то пошло, он привозил меня сюда много лет. Наверняка Арго сможет найти путь даже с закрытыми глазами.

Когда мы приближаемся к Дэдвеллу, дышать становится легче. Я прижимаю к груди накрытую мантией голову Аурен.

– Уже почти. Мы почти добрались, – шепчу я.