Свет

– Это и правда… – Райатт прерывается на полуслове и хмуро смотрит на сидящего напротив Слейда. – Вкусно, – довершает он и смотрит на меня. – Правда вкусно.

– Правда?

Джадд и Лу согласно кивают, но я замечаю, что жевать они пока не перестали.

Я слышу, как сидящий рядом Слейд проглатывает кусок. Вот и доказательство того, что я приготовила ту еще липкую смесь, потому что слышу, с каким трудом ему удается проглотить рис.

– А яйца попробуешь? – услужливо предлагаю я.

– Угу, – отвечает он, и все смотрят, как он зачерпывает огромной ложкой яйца и запихивает в рот.

Я вздыхаю и кладу вилку.

– Ладно уже, перестаньте притворяться. Не бойтесь ранить мои чувства.

– Ух ты черт, спасибо, – говорит Джадд и сплевывает кусок на тканевую салфетку возле его тарелки. – У меня сейчас язык слипнется.

Лу ухмыляется.

– Слыхала, как тебя за это отчитывали женщины.

Джадд швыряет в нее салфеткой, но Лу как-то удается отбить ее вилкой.

Я прочищаю горло.

– Наверное, мне стоит признаться, что на самом деле я не умею готовить…

Райатт фыркает.

– Ты так думаешь?

– Точно. Кто-нибудь хочет вина?

Все тут же начинают болтать, а я вскакиваю, чтобы взять с кухонной стойки бутылку вина, и чувствую болезненный спазм в спине.

Застываю на месте.

Дыхание перехватывает.

И жаркая агония, раскаленная добела, затапливает мой разум и обжигает спину.

«Мне намного больнее, чем тебе».

«Ты сама меня к этому подтолкнула».

«Ты сама это с собой сотворила».

Я не могу, не могу, не могу…

Богиня, умоляю…

Я крепко зажмуриваюсь, вынуждая себя дышать через боль. Не буду об этом думать. Не буду. Я возвожу еще одну стену. Отгораживаюсь ею, блокировав даже самую мельчайшую частичку мук, вонзившихся в спину.

– Аурен? – тихонько зовет Слейд.

Я резко открываю глаза, понимая, что остановилась, перекинув через скамейку только одну ногу, поэтому снова нацепляю на лицо ту ужасную улыбку.

– Палец ушибла, – вру я и перекидываю вторую ногу, уже осторожнее.

Повернувшись спиной к столу, я судорожно выдыхаю, радуясь, что никто не видит моего лица. Боль рвет на части и колет, словно пытаясь проникнуть в самое сердце, но там я точно не хочу ее чувствовать.

Я позволяю себе еще один вымученный вдох, а потом поворачиваюсь, держа бутылку в руке. Лу уже поставила кубки на стол, и я откупориваю бутылку, начав разливать вино.