Эпохи Айры

Ее зеленая листва, широкая крона, могучий ствол – были чудом жизни среди мертвых скал. Ветви ивы были украшены многочисленными цветными лентами. Хранящая знала, что обычно такие ивы растут там, где пало множество воинов и каждая лента на ее ветвях – это чья-то скорбь и память о погибшем.

– Я вернусь. – Решила Цефея. – Не нужно повязывать ленту.

Девушка сделала шаг на встречу тьме и темные змейки голодно лизнули носки ее сапог. Она приняла из рук Рубина меч и неумело закрепила ножны на поясе. Друг взглянул на нее и улыбнулся.

– Я буду ждать тебя здесь. – обещал он.

В столь волшебные ночи Айры сердца неподвластны страху. Кажется, что каждый житель Под горой способен на подвиг.

Звездные небеса укачивали мир в темных ладонях, напевая колыбельную ветрами и шепотом жестких стеблей осоки, колышущихся на диких полях Айры. Цефея оглядела безмятежно спящий мир, кивнула на прощание Энифу.

– Еще одна прекрасная ночь, Айра… – промолвила Хранящая, бросая прощальный взор на торопливую луну.

И даже провалившись во мрак она помнила, что с ней Айра.

Глава четвертая

Далекий стрекот цикад, пение вечерних птиц, тревожные всхрапы коней оборвались. Цефея коснулась ушей, на секунду подумав, что лишилась слуха. В этот миг из глубины мрака донёсся звон колокольчика. Девушка застыла, завороженная чарующим звуком. Колокольчик звенел, с каждой секундой становясь громче и обрастая новыми вибрациями. Тяжелые удары древнего сердца, разгоняющего по многокилометровым жилам тягучую, не податливую кровь, сотрясали тьму.

Его биение заставляло внутренности Хранящей болезненно вибрировать. Ритм густых, редких ударов, поддержали тонкие струны незримой арфы. Великое множество голосов придерживались единого мотива, наигрывая знакомую Цефее мелодию. Эхо, играя со звуком, вторило симфонии, растворяя его в бесконечных лабиринтах каменных залов.

«Эту мелодию я слышала раньше… – подумала Хранящая, шагая во тьме. – Эта музыка была моим лекарством во время лихорадки. Да, нет сомнений, именно она звучала в те страшные ночи! Благословен тот, чьи пальцы касаются струн невидимой арфы».

Шагая во мраке, Цефея ощущала, как смелость заполняет ее душу. Дирижёром несмолкаемой мелодии была Айра и Хранящая, бредя во тьме, ощутила мягкое прикосновение теплых потоков к кончикам своих пальцев. То были голоса. Избранница Рагнарека, познала их в густом мраке мира. Оставшись наедине с собой, она училась управлять могуществом, отведенным для нее.