Цивилизация

Небольшой ресторан, комната для переговоров, холл, фитнес-зал, бассейн и крохотная спа-зона были в перечне предоставляемых услуг. Зато парк был довольно протяженный, ухоженный, засаженный самыми красивыми и яркими представителями местной фауны. За чистотой и опрятностью парка следил громадина Таф, являясь при этом начальником охраны, водителем и личным телохранителем белой хозяйки, которую Таф не то что любил, а просто боготворил и, не задумываясь, отдал бы за нее жизнь, если бы того потребовала ситуация. К счастью, природа наделила его такой фактурной внешностью и мощью, что у любого агрессора пропадало всякое желания вступать с ним в конфронтацию, язык прилипал к небу, и возникало желание стать незаметным, чтобы этот гигант не разозлился и не размазал глупца по асфальту.

Таф не входил в помещения, даже если двери были самые широкие и высокие, он словно втискивался: сначала появлялась его огромная голова с белками больших глаз, затем протискивалось одно плечо, рука, порог переступала мощная нога в кроссовках пятидесятого размера и, наконец, вваливалось все это огромное, мощное, атлетическое тело. У всех присутствующих, особенно тех, кто видел его в первый раз, обычно пропадал дар речи на некоторое время, наблюдая, как Таф усаживается за стол, а его колени возвышаются над столешницей сантиметров на пятнадцать. Он с малых лет остался без родителей, и тетка Этель заменила ему мать, а старый хозяин, отец маленькой белой принцессы Адаез, был ему наставником, учителем и покровителем. Когда ему было семь лет, родилась маленькая принцесса. Он с затаенным дыханием заглядывал в корзинку с белым балдахином, которую тетка ставила на террасе доме, когда полуденная жара спадала и наступало время прогулки. Маленькие белые ручки, вздрагивающие и пытающиеся дотянуться до висящих погремушек, и гуканье младенца – вот и все, что мог увидеть и услышать Таф. Ближе его не подпускала строгая Этель, резко выговаривая: «Убери свою чумазую морду от госпожи, еще ненароком заразишь ею чем-нибудь, не смей даже дышать в ее сторону, а не то я тебе задам, бездельник». В части дома, отведенной под хозяйские комнаты, разговаривали все тихо, ходили на цыпочках, боясь потревожить маленькую госпожу. Вся атмосфера дома была наполнена радостью и в то же время долей обеспокоенности, как часто бывает, когда в доме появляется первенец. А через год разразилась беда. И в результате хозяева вместе с маленькой принцессой уехали, оставив Этель и Тафа присматривать за домом.