Обитатели холмов

Я уже знаю, что нам нужно искать, – спокойное и сухое место на пригорке, откуда все видно и слышно, где почти не бывает людей. Разве ради этого не стоит побегать?

– Конечно стоит. Но где оно, это местечко?

– Только не на берегу, ты и сам это знаешь. Переправимся и двинемся вверх, что такого? Будем искать безлесый холм.

– А что, если все откажутся идти так далеко? Да и ты хорош – твердишь: «Переправляться, переправляться», а сам же говоришь, что устал и не можешь плыть.

– Я-то успею отдохнуть, а вот Плошка совсем выбился из сил.

– Ладно, пошли поговорим с остальными. Кто откажется отдохнуть? Переправляться они все равно не захотят, разве что их что-нибудь испугает.

Едва братья повернули назад, из-за кустов на краю лужайки выглянул Шишак.

– А я-то думаю, куда вы подевались, – сказал он, обращаясь к Ореху. – Готовы?

– Нет, я не готов, – твердо ответил Орех. – Я считаю, нам нужно задержаться здесь до ни-Фрита.

Шишак хотел что-то ответить, но его опередил Черничка:

– Слушай, Шишак, а почему бы тебе сейчас не сплавать на ту сторону. Посмотрел бы, что там да как. Вряд ли лес тянется далеко в обе стороны. С того берега наверняка все видно, а потом решим, куда лучше идти.

– Ладно, – проворчал Шишак, – в этом, кажется, есть здравый смысл. Переплыву я вам эту эмблерскую[4 - «Эмблерский» на языке кроликов означает «вонючий, пахнущий лисой».

Не раздумывая ни секунды, он в два огромных скачка подскочил к реке, плюхнулся в тихую заводь и поплыл на другой берег. Все смотрели, как Шишак выбрался там возле расцветшего куста норичника, зажав грубый стебель в зубах и подтянувшись, затем отряхнулся так энергично, что брызги долетели до ольхи. Через мгновение приятели увидели, как Шишак продрался сквозь кусты и припустил к лугу.

– Хорошо, что он пошел с нами, – сказал Серебряному Орех, снова вспомнив лукавого Треараха. – Этот парень разнюхает все, что надо. Эй, смотрите-ка, да он уже бежит назад.

Шишак несся по высокой траве обратно, и вид у него был куда более встревоженный, чем даже при встрече с капитаном. Он чуть ли не головой врезался в воду и быстро заработал лапами, оставляя на спокойной бурой глади воды след, похожий на стрелу.