Обитатели холмов

А потом в какой-то момент я вдруг почувствовал, что больше ему не подчиняюсь. Не знаю почему. Не по своей воле – случайно. Какой-то маленький уголок сознания помог мне выбраться. Говорил я тебе, крыша в этой пещере держится на костях! Но нет! Туман безумия закрыл настоящее небо, и мы никогда больше не увидели бы свет Фрита. Что теперь с нами будет? Правда не живет там, где туман сумасшествия, Орех.

– О чем это он, боже мой? – спросил у Шишака ошарашенный Орех.

– О болване-поэте, – ответил Шишак. – Это-то я понимаю.

Но похоже, твой братец решил, будто мы приняли всерьез вислоухого олуха с его болтовней, а вот это уже выше моего понимания. Отдыхай, Пятик. Нас волнует только переполох, который ты учинил. Что же касается этого Дубравки, этого Дубравного Корешка, могу сказать одно: Дубравку мы вырвем, останется один Корешок.

Пятик так вытаращил глаза, что они стали просто как у мухи – больше головы.

– Ты думаешь? – сказал он. – Ты в это веришь? Но тогда все вы, каждый на свой лад, тоже бродите в этом тумане.

Где?..

Орех перебил его, и Пятик вздрогнул.

– Пятик, я не стану притворяться. Я догнал тебя, потому что рассердился и хотел вправить тебе мозги. Ты нам испортил прекрасное начало…

– Испортил?! – воскликнул Пятик. – Я испортил?! Да все это племя…

– Успокойся. Я хотел выбранить тебя, но ты так расстроен, что без толку это. Сейчас ты отправишься с нами вниз и ляжешь спать. Пошли! И помолчи немного.

Кроликам порой проще, чем людям, потому что они не стыдятся применить силу.

И Пятик, у которого не было выбора, спустился вслед за своими провожатыми в нору, где Орех провел предыдущую ночь. Теперь там никого не было, и они легли и уснули.

17. Блестящая проволока

Когда травы цветущий луг

Лишится, взор откроет вдруг

Дурные вещи;

И лес безмолвный за спиной

Обступит вдруг глухой стеной —

И «в клещи»!

Скрипит засов, а по дороге,

Скрипя, подкатывают дроги,

И вдруг

Приходят женщины, они черны.

Еще – прозекторы, все горбуны.

«Чик!» – и каюк!

    У.

 Х. Оден. Свидетели. Перевод С. Степанова

Было холодно, было очень холодно, крыша была сделана из костей. Крыша из сплетенных тисовых веток – крепкие сучья качались туда-сюда, вверх-вниз, твердые, словно лед, усеянные тусклыми красными ягодами. «Пошли, Орех, – сказал Барабанчик. – Мы хотим отнести ягоды и съесть их в большой пещере. Если твои друзья хотят жить по-нашему, они должны научиться таскать все во рту». «Нет! Нет! – закричал Пятик.