Чумные псы

– За ней сидит какая-то тварь и все время захлопывает створку! Тварь надо убить! Или прогнать! Вот только дай доберусь…

– Да погоди ты, погоди… Давай сначала принюхаемся!

И Надоеда прижал влажный пятачок к узкой вертикальной щели между створками. Тянувшийся оттуда сквозняк был, естественно, полон всяческих запахов. Фокстерьер уловил близкое присутствие птичьего пера, помета, зерна, отрубей… то есть ничего особо тревожного. Слух также доносил лишь сонные шорохи птиц, чуть слышно возившихся на насестах.

– Там никого нет, кроме птиц, Рауф, если только тварь напрочь не лишена запаха!

В это время у них за спиной послышалось тонкое, отрывистое гавканье.

Надоеда обернулся и увидел обитателя ближайшего вольера, помесного пекинеса. Тот стоял в пятне лунного света, разбуженный шумом, и смотрел на двоих друзей с нескрываемым удивлением. Надоеда торопливо подбежал к сетке.

– Только не поднимай шум, Плоскомордый, – сказал он пекинесу. – А то как бы человек-пахнущий-табаком не вернулся!

– Что это вы делаете? – прижимая нос к решетке, спросил пекинес.

 – Как вы оказались снаружи? А что это такое у тебя на голове? Оно пахнет той штукой, которой белые халаты все смазывают…

– Это чтобы мороз не добрался, – ответил Надоеда. – Ты знаешь, из моей головы соорудили кормушку для птиц. Белые халаты каждое утро кладут туда хлеб, а потом смотрят, как его клюют птицы…

– А-а-а, вот оно что, – понимающе отозвался пекинес. – А как они делают, чтобы ты не вертелся?

– С помощью проволочной сетки, – сказал Надоеда.

 – Честно говоря, мне даже нравится. И моему приятелю тоже нравится. Он работает кормушкой вместо меня, когда я устаю. Так и кормим птичек, то он, то я, то он, то я… Слушай, а как белые халаты ходят то туда, то сюда? Через двери, я имею в виду? Как у них получается?

Вид у пекинеса сделался озадаченный.

– Они сделали так, что мне получшело, – сказал он затем. – Сперва они сделали, чтобы мне поплохело, а потом – чтобы получшело. Знаешь, я и правда болел…

– Да я уж чую, – сказал Надоеда.

 – От тебя пахнет, как от собачьей подстилки, которую оставили под дождем. Слышишь, Плоскомордый, а человек-пахнущий-табаком тоже в эти двери проходит?

– Ну да, чтобы покормить птиц. Там сидит уйма птиц, я все время их чую. А когда дверь открывается, я могу их видеть…

– То туда, то сюда, – напомнил ему Надоеда. – Что он делает, чтобы пройти?

– Обычно он что-то несет в руках, поэтому он толкает створку плечом, а иногда и ногой и протискивается боком.