Повесть не временных лет. Книга 3

Искал сука причины и постоянно нашептывал Ярополку на ухо о неблагонадежном расположении к нему брата.

–Негоже княже, такие обиды прощать. Сегодня лучших людей Киева за просто так режут. А завтра могут и на тебя, замахнутся. Братние узы тут не помощь. Помни Ярополк самую главную заповедь «Власти». Заповедь, которая гласит. Нет у власти, ни родни, ни близких. Есть только враги и соперники. Потому как «Власть», дележа не любит.

– Олег в своем праве был. Лют, сам виноват. В чужом доме себя, как хозяин не ведут.

 – Отбивался от наседаний варяга, молодой князь.

Только вот, Свенельд не отставал. И не знаю, что уж там случилось, а только спустя два года уговорил-таки гад этакий Ярополка, пойти войной на Олега. Хотя судя по всему, Ярополк сам не прочь был свои владения расширить.

Две дружины встретились недалеко от Овруча. И не сказать, чтобы сеча лютой была. Но, в любой драке есть проигравший, и есть победитель. Дружина Древлян не выдержала натиска Киевлян, и побежала хорониться в городе.

Да так дружно ломанулась к воротам, что мост переброшенный через городской ров не выдержал и подломился. В том рву людей от давки больше погибло, чем во время самой битвы. Там же в этом самом рву и Олег свою кончину нашел. Задавили князя упавшие на него сверху тела.

Говорят, Ярополк сильно убивался по гибели брата. Понятное дело. Как ни крути, а как-никак родная кровь. А с другой стороны тоже вопрос имеется. Чего тогда войной пошел? Ведь понимать должен был что подобным исходом все закончится может.

Однако за виноватым далеко ходить не стал. Свенельда в преждевременной смерти брата обвинил.

–Радуйся теперь. – Восклицал Ярополк гневно. – Ведь из-за тебя так получилось, что я собственного брата из-за глупой случайности жизни лишил?

Только Свенельду тому такие обвинения, что мед сладкий были. И плевать он хотел, что Русь в междоусобицу кинул. Главное. Перед своими богами очистился. За сына отомстил. Кровную обиду кровью смыл.

Так ведь и у славян законы кровной мести никто не отменял.

Вот и вышло, что один брат должен был отомстить другому. Правда, могли еще дело миром решить. Никто выплату виры за убиенного не отменял. Да и не в ней дело. Если хочешь, то дорогу к миру отыщешь. Только вот никто той тропки из братьев искать не стал. Что, правда. То, правда. Ведь у власти, ни родни, ни друзей нет.

В этом вон и Цимисхий убедился. Долго и мучительно умирал Император Византийский от скормленного ему яда.