Яр. Книга 2

– И как продвигаются его успехи в этом деле?

– Не могу знать. – Еще ниже согнул спину слуга. – Вам лучше задать этот вопрос самому господину Готфриду Вильде.

Пока слуги искали рыцаря, магистр просто вел с графом ничего не значащую светскую беседу. При этом они оба старались не касаться темы предстоящего похода. А в принципе действительно чего ее этой темы касаться? Вроде-бы все уже обговорили. И приняли все необходимые решения.

– Вы меня звали мой господин? – Входя в зал, где возле камина грелись магистр с графом, едва открыв дверь, поинтересовался Готфрид Вильде.

– Да мой дорогой друг. – Улыбнулся рыцарю Эвергард. – Наверное, тебе уже известно, что затевается очередной большой поход.

– Это не секрет. – Пожал плечами Готфрид. – О нем уже даже слуги шепчутся по всем углам.

Рыцарь без всяких церемоний подошел к камину и, придвинув к нему свободное кресло, уселся рядом с магистром и графом.

– Вино будешь? – Глядя на огонь спросил его фон Мангейм.

– Нет. – Мотнул отрицательно головой Вильде.

 – Как я понимаю, у меня сейчас появится много работы. А для ее хорошего выполнения нужна чистая ничем не замутненная голова. Вот когда вернемся обратно, вот тогда я с удовольствием налакаюсь до беспамятства.

– Прежде чем мы начнем серьезный разговор, ответь мне на один вопрос. Зачем ты возишься с детьми изменника? Ты ведь прекрасно понимаешь, что из волчат никогда не вырастут собаки.

– Здесь все-таки немного другой случай. Как ни крути, а отец у них был не какой-то там язычник.

Он был наш рыцарь. И нужно отдать ему должное неплохо воспитал своих сыновей. Так что с таким материалом не грех и поработать. Да и если честно, то жалко их немного. Если выкинуть, сдохнут ведь где-нибудь под забором. Кому они нужны, эти сироты бездомные?

– Подожди. А что стало с их матерью? Она же вроде жива была? – Наморщил лоб магистр.

– Ее пришлось умертвить. – Пожал плечами Готфрид. – Слишком уж она дикая оказалась. А вот души мальчиков еще вполне можно спасти.

– Ты прав. Человеколюбие и сострадание. Вот основные столпы нашего ордена. Я горжусь тобой. И спасибо что напомнил мне об этих добродетелях. А то за всеми этими войнами и походами очень легко очерстветь сердцем.

– Вам это не грозит.

– Если не умеешь льстить, то лучше и не начинай учиться этой премудрости. Тем более что тебе это ни к чему.

– Хорошо. Тогда давайте ближе к делу. Как я понимаю, наши войска возглавите вы, а поведу их в бой я? Так.

– Да.