Созвездие разбитых сердец

Да, она когда-то бешено влюбилась, но вовсе не в него – чертова бабника и начинающего алкоголика – а в свою фантазию… В сказочного гимнаста на проволоке и страдала безмерно, думая, что он погиб или покалечился, стихи даже писала трагические в его память… А теперь вдруг размечталась о пьяных приставаниях красавчика-актера… Позорище.

«Ну-ну, пора уже с целибатом завязывать… найти себе нормального парня, наладить регулярную половую жизнь, а не то так и буду свои дурацкие эротические фантазии смотреть на ночь глядя…» – Мария вздохнула, тряхнула головой, отгоняя навязчивый образ бывшего циркача, и сосредоточилась на дальнейшем инструктаже.

Первые несколько посетителей, театральные техники в спецовках, пожилая тетенька – по виду бухгалтерша или билетерша – и грузный, одышливый дядька-электрик, пришли ровно к открытию. Заказали кто чаю, кто кофе с выпечкой, сосредоточенно позавтракали и так же одномоментно удалились на свои рабочие места. Уютный зал «Синевы», обставленный ажурными полированными черными столиками, такими же стульями и тепло освещенный круглыми лампами с розоватыми абажурами, снова опустел.

Корпулентная повариха София (по прозвищу «Ромовая баба», как на ушко сообщила Илона) принесла в бар поднос со свежей порцией выпечки, добродушно кивнула девицам:

– Кушайте, пока не остыло. А то такие обе тростиночки, где только силы-то берете, чтоб подносы таскать!… – и удалилась обратно, в свое царство кастрюль, сковородок, миксеров и острейших, как японские катаны, ножей.

Пронаблюдав за тем, как Мария справилась с первой партией посетителей, Илона одобрительно поаплодировала ей:

– Поздравляю с боевым крещением! Теперь можно расслабиться, часов до двенадцати, а то и до часу, никого не будет, актеры или на утреннем прогоне, или еще десятый сон досматривают, так что заявляются в кафе никак не раньше полудня. Зато ох как любят тут после спектаклей до самой ночи позависать, поболтать про роли-гастроли, да и просто посплетничать, кости друг другу помыть… – продолжала делиться сокровенными знаниями Илона:

– Давай, пока мы с тобой бездельничаем, тоже кофейку выпьем, а то что-то у меня ноябрит прогрессирует…

– Что-что у тебя прогрессирует? – переспросила Мария, смахивая тряпкой с последнего столика крошки от булки и кристаллики сахарной пудры.

– Ноябрит… Это такая осенняя хандра, которая в ноябре обостряется… Бердянский придумал. Все время спать хочется или жрать что-то вкусное и сладкое.