Созвездие разбитых сердец

Нет, не может быть, чтобы месть этого козла-Козлевского удалась настолько, чтобы ей был заказан выход на любую московскую сцену! Кто он такой, в конце-концов? Не Захаров, не Виктюк, не Табаков, а так, заштатный режиссёришка в экспериментальном театре, руководитель молодежной музыкально-танцевальной труппы, как он сам любил им выговаривать – «почти любительского уровня»! И почему она вдруг поверила, что он всемогущий бог? Да, орал, что перекроет ей кислород, что сделает все, чтобы ее не приняли ни в один приличный театр… но приняли же! Пусть не в труппу – об этом и речи не было – но приняли, и какая разница, кем быть, главное, что это все-таки театр, а не галантерейный магазин…

Взглянув в зеркало и придав лицу решительное выражение, Мария твердо пообещала вслух:

– Я вернусь на сцену! Чего бы мне это ни стоило! Обязательно вернусь! – и в этом боевом настрое, нацепила шарф, короткое пальто, подхватила сумку и выскочила за дверь.

Опаздывать на работу в самый первый день точно не входило в ее планы.

По счастью, Илона появилась в театре даже немного позже самой Марии, так что новой официантке пришлось несколько минут топтаться у запертых дверей кафе, изучая листик меню, небрежно вправленный в прозрачную рамку.

– Ой, ты уже здесь? Молодец, Эдик жутко не любит опозданий, учти… – Илона приветливо улыбнулась Марии и завозилась, доставая ключи из недр дамской сумочки, гордо сверкающей какой-то фирменной пряжкой. – Нам открываться через пятнадцать минут, а мне тебе еще столько всего показать нужно…

Пропустив Марию вперед, напарница прикрыла двери изнутри на задвижку и провела ее в подсобное помещение рядом с кухней.

Там стояли шкафчики для одежды, две двери вели в душевую и туалет. Открыв один из шкафчиков, Илона вытащила вешалки с униформой и, быстро произведя какие-то расчеты, протянула одну из них Марии:

– Так… у тебя размер ведь не больше элечки… даже эмочка, скорее… должна вот эта блузка подойти… и вот юбку тоже примерь… Ой, давай дам другую, тут шов подшить нужно… Туфли ты зря взяла на низком каблуке, Эдик не одобрит… он любит высокий, и ему плевать, что у нас вся работа на ногах…

Мария споро переодевалась, молча внимая речам наставницы и мотая себе на ус.

Накрахмаленная блузка пришлась по размеру, юбка тоже села как влитая, а насчет туфель она решительно заявила, что будет носить такие, какие ей удобны, даже если придется каждый день выслушивать от «главного по тарелочкам» нуууудные эстооонские замечаааания.