Дети Эола

На самом деле Кей было так плохо, что она еле помнила, как они долетели до пересадочной станции, как получили обратно протокол «Вояджера» и, обогнув конгломерат, в тени Марса отправились к «Эолу». В пути с ними связался Горан, потому что Дину сообщили, что на станции возникли проблемы. Анна заверила детектива, что с «Вояджером» всё в порядке. Горан передавал, что люди, которых они отобрали для полёта прибыли на «Эол». Незадействованные в экспедиции должны были покинуть астероид с «Сиренами».

Когда Анна и Кей добрались до «Эола», «Сирены» всё ещё стояли в порту, готовые к отлёту Генри и Дина на Улей, астероид-базу ПЧЕЛы.

– Что случилось на станции? – спросил Дин.

– Легенда была не самая удачная, – ответила Анна, спрыгнув с трапа к Горану, который пришёл встречать «Вояджер». – Но ничего такого, с чем мы не смогли бы справиться. Канистры на борту.

У Кей не было желания прыгать. Она медленно сошла по трапу, оценивая, что изменилось в их отсутствие.

– Вы вернулись быстрее, чем мы предполагали, – приветствовал её Шаман.

– Боялись, что вы улетите не попрощавшись, – смерила его уставшим взглядом Джоэл.

– Мы специально ждали вас, – признался Шаман и подмигнул.

– Отлично, потому что я как раз кое-что хотела у тебя спросить, – Кей пристально посмотрела на мужчину.

– Я догадывался, что вы спешили не просто попрощаться, – у него тоже пропало желание шутить. – Ну, спрашивай.

Они отошли в сторону.

– Я хотела узнать, почему ты решил остаться, – сунула руки в карманы Джоэл.

– Ты умеешь задать правильный вопрос, – прищурился Шаман, – в самый неподходящий момент, – Дин бросил взгляд на стоявших у «Сирен» детектива, Генри, Стево и Анну. – Ты слышала про пророчество, о котором говорил Горана?

– Если быть честной, то только на том собрании…

– Так и должно быть, – улыбнулся Шаман. – Пророчества относятся ко всем, но в то же время они нечто очень личное. Их хранят провидцы, и о них говорят только тем, кому они действительно нужны.

– И? – Кей пока не могла связать решение Шамана остаться и стих, который якобы был про неё и про детектива.

– И есть кое-что ещё, – Шаман снова разглядывал Кей, будто чего-то раньше в ней не видел. – В пророчестве это не единственный стих. Моя мать считала, что в пророчестве есть стих и про меня.

– Если это действительно личное, то, возможно, мне не стоит…

– Тебе можно знать, – успокоил её Шаман. – В нем говорилось, что её потомки разрушат мир.

– Что? – брови Кей взлетели вверх.