Право крови

Ветру не положено дуть с ураганной силой в пределах деревни, и при этом практически пропадать там, где сейчас стоял Мендельн!

Лишь после того, как сей феномен – все так же, ни с того ни с сего – прекратился, Мендельн сдвинулся с места и вошел в Серам. Центр деревни превратился в развалины, на земле покоилось не одно неподвижное тело. Только тут юноша и начал постигать масштаб происшедшего… а еще понял, что все это оказалось весьма кстати для Ульдиссиана.

В этой последней мысли Мендельн утвердился, миновав обугленные останки человека в длинных одеждах, в котором ему каким-то чудом удалось узнать одного из высших служителей Собора Света, судя по виду – самого мастера-инквизитора.

Устрашающий разряд молнии спалил его почти без остатка, а от вони горелого мяса Мендельну следовало бы шарахнуться прочь… однако некое нездоровое любопытство повлекло младшего из сыновей Диомеда к жуткому мертвому телу.

Но стоило ему приблизиться на расстояние вытянутой руки, его словно изо всех сил ударили увесистым кулаком.

Встревоженный, Мендельн отшатнулся назад: казалось, кто-то неведомый в ярости закричал, завопил на него.

Утратив всякий интерес к обгорелым останкам, младший сын Диомеда продолжал отступать, но тут за спиною воскликнули: «Где же она? Никак не отыщу ее… никак не отыщу…»

Обернувшись на голос, Мендельн не обнаружил позади ни души. Нахмурившись, он решил, что с него хватит, и двинулся на поиски брата.

«О, добрый Мендельн! Ты ее не видал? Не видал ли ты моей дочери?»

Краем глаза Мендельн заметил чей-то силуэт возле громадного куска кровли, сброшенного ветром на землю с крыши одного из домов.

Однако стоило ему повернуться туда, силуэт будто бы исчез… а может, его и вовсе там не было.

Но на сей раз Мендельн вроде бы понял, кто это.

– Мастер Кир? – неуверенно позвал он. – Мастер Кир?

Ответа не последовало, однако Мендельн, снова охваченный неодолимым влечением, двинулся вперед, к обломку крыши посреди улицы. Приблизившись, он углядел под досками что-то еще, склонился и потянул край обломка кверху.

Дощатая кровля оказалась куда тяжелей, чем он думал, но, догадавшись откинуться назад и вложить в рывок всю тяжесть тела, Ульдиссианов брат сумел добиться кой-какого прогресса. Мало-помалу сокрытое под досками оказалось на виду…

И тут Мендельн, бессвязно вскрикнув, выпустил обломок кровли из рук, замотал головой. Такого смятения он за собою не помнил с тех самых пор, как горевал, сраженный безвременной смертью родных.