World of Warcraft. Трилогия Войны Древних: Раскол

– Есть ли что-нибудь, с помощью чего я смогу противостоять магии черного дракона или обмануть ее?

– Он до безумия коварен, – ответил Кенарий, не шевеля губами. Он был всего лишь видением, на котором друид мог сосредоточиться, и не более. Владыка Леса во плоти находился за много миль отсюда. – Но есть вещи, которые мне известны о роде драконов, и которые он может не осознавать.

Малфурион не стал выпытывать, откуда Кенарию были ведомы такие детали. Судя по тому, что друид знал, божество, скорее всего, было потомком зеленой драконицы Изеры Спящей, чей род по большей части находился в Изумрудном Сне.

– Изумрудный Сон многослоен, Малфурион. Один уровень следует за другим. Спящая обнаружила их благодаря своему опыту. Хранитель Земли, скорее всего, о них ничего не знает. Возможно, тебе удастся воспользоваться этим путем, чтобы обойти защиту дракона и на какое-то время избежать его внимания.

Это было неожиданно. В душе Малфуриона расцвела надежда. Если он преуспеет, то может быть, сумеет воспользоваться этим способом, чтобы проникнуть во дворец.

Но сейчас эльф должен был сосредоточиться на одном деле. Его сердце жаждало спасти Тиранду, но судьба всего его народа, а с ним и народов тауренов, Земельников и прочих рас, имела гораздо большее значение. Жрица была бы первой, кто указал бы ему на это.

Правда чувство вины от этой мысли не становилось меньше.

– Могу ли я быстро научиться тому, как это делается? – спросил Малфурион у полубога.

– Ты можешь. Это всего лишь вопрос правильного взгляда… умения смотреть…

Кенарий взмахнул рукой… и вокруг них возник идиллический пейзаж. В нем не было места несовершенству. Малфурион узнавал холмы и долины, которые в смертном мире были до неузнаваемости изуродованы Пылающим Легионом. В Изумрудном Сне мир был таким же, как и в момент его создания.

Друид осмотрелся, но не увидел ничего нового.

– Ты видишь только венец творения, но даже совершенство создается поэтапно. Узри же…

Кенарий нагнулся, его огромная рука коснулась первозданного мира. Владыка Леса дотронулся до клочка земли, и, казалось, в ту же секунду весь пейзаж перевернулся.

Едва полубог разжал пальцы, все вернулось на свое место, и появился, казалось бы, привычный Калимдор. Однако этот Калимдор был другим: теперь можно было увидеть едва уловимые отличия от предыдущего пейзажа.