Одной дождливой ночью

Я-то мог бы сейчас сидеть у О’Кейси. Говорить с Морин. Смотреть ей в глаза.

Он повернулся к женщинам. Те сидели лицом к столу, спиной к нему. Шагнув в поле их зрения, он взял блокнот из стопки на углу стола, выдвинул стул, сел – желая придать общению неформальный характер. Столешница не должна была мешаться, и он сказал себе, что жест не имеет ничего общего с желанием лучше видеть ужимки Паттерсона.

Забросив одну ногу на другую, Тревор пристроил блокнот на согнутой коленке и обратился к Лизе:

– Как понимаю, вы знали Максвелла Чайди.

– Да, – сказала она.

Посмотрев сначала на него, потом в другую сторону – на мать, почти целиком скрытую из вида Трева, примостившуюся у дальнего угла стола, – она вдруг сделала то, чего он всяко не ожидал: отъехала на стуле от столешницы так далеко, что спинка уткнулась в подоконник. Теперь она не разделяла Трева с Франсиной.

Потом обе женщины повернули свои стулья к нему.

– Они встречались, – заявила Франсина. – Я об этом ничего не знала.

Думала, она все еще ходит с Бадди Гилбертом.

Трев извлек шариковую ручку из кармана рубашки и записал имя.

– Как долго вы встречались с Максвеллом? – спросил он девушку.

– Пару недель, – не глядя на него ответила та.

Ее взгляд был прикован к обтянутым джинсовой тканью коленям. Ее пальцы перебирали бахромчатые края одного из разрезов. То был, к слову, не самый верхний – парочка имелась и сильно повыше колена.

– Она держала меня в полнейшем неведении, – сказала Франсина, вынимая из сумочки пачку сигарет.

 – Знала бы я – быстро бы положила этому всему конец. Уж поверьте – прежде чем прикурить, она оторвала фильтр и бросила на стол. – Не то чтобы я ханжа какая-нибудь, нет…

– Кто угодно, только не ты, – пробормотала Лиза.

– Верно. Не я, – метнув недовольный взгляд на дочь, она пихнула сигарету в угол рта и высекла из зажигалки «Бик» маленький огонек. – Но, юная леди, я пожила побольше, чем вы, и, уж поверьте, знаю, что вы допускали большую ошибку.

 – Сигарета ходила вверх и вниз, пока она говорила. Лиза продолжала теребить края прорехи на джинсах. – Уж что я знаю наверняка, так то, что если белая девушка, вроде вас, увивается за черным парнем, рано или поздно будут неприятности. И я оказалась права, не так ли? Ну разве не так?

– Так, наверное, – пробормотала Лиза.

– «Наверное». Мальчишку убили, неужто не понимаешь?

Лиза поникла пуще прежнего.