Куда приводят мечты

Я надеялся на последнее, потому что в этом случае я должен был проснуться и увидеть лежащую рядом Энн и рассказать ей, какой дурацкий сон мне приснился. Держать в объятиях ее теплое, родное тело и нежно целовать, со смехом рассказывая о том, до чего это странно – видеть сон о сне.

Бесконечный страшный сон

Я был измотан, но спать не мог, потому что слышал, как плачет Энн. Я попытался встать, чтобы успокоить ее. Но вместо этого оказался в подвешенном состоянии между темнотой и светом.

– Не плачь, – слышал я собственное бормотание.

 – Скоро я проснусь и буду с тобой. Дай мне только немного поспать. Не плачь, пожалуйста; все хорошо, любимая. Я о тебе позабочусь.

В конце концов мне пришлось открыть глаза. Я не лежал на постели, а стоял в тумане. Потом медленно двинулся в ту сторону, откуда доносились рыдания. Я очень устал, Роберт, и еле держался на ногах. Но не мог позволить Энн плакать. Надо было выяснить, что случилось, и прекратить это, чтобы она не плакала так горько. Я был не в силах вынести ее отчаяние.

Я оказался в церкви, которую никогда раньше не видел. Все скамьи были заняты людьми. Серые фигуры, лиц не различить. Я пошел по центральному проходу, пытаясь понять, почему оказался здесь. Что это за церковь? И почему оттуда доносятся рыдания Энн?

Я увидел ее, сидящую в первом ряду, одетую в черное. Справа Ричард, слева Мэри и Йен. Рядом с Ричардом я заметил Луизу и ее мужа. Все они были в черном. Я видел их более отчетливо, чем других людей в церкви, но даже и они казались размытыми, как призраки.

Я по-прежнему слышал рыдания, хотя Энн молчала. «Это в ее сознании, – дошло до меня, – а наши сознания настолько близки, что я их слышу». Я поспешил к ней, чтобы успокоить.

Я встал перед ней.

– Я здесь, – сказал я.

Она все смотрела вперед, словно я ничего не сказал, словно меня там не было. Никто из них на меня не смотрел. Смущало ли их мое присутствие, отчего они делали вид, что меня не замечают? Я осмотрел себя. Возможно, дело в моем костюме. Не слишком ли он поношенный? Пожалуй, да, хотя я не был в этом уверен.

Я вновь поднял глаза.

– Ладно, – сказал я. Мне было трудно говорить; язык не слушался. – Ладно, – медленно повторил я. – Я одет неподобающе. И я опоздал. Но это не значит… – Голос мой прервался, потому что Энн по-прежнему смотрела перед собой. Я мог быть невидимым. – Пожалуйста, Энн, – с отчаянием проговорил я.

Она не шевельнулась и даже не моргнула. Я вытянул руку, чтобы коснуться ее плеча.