Куда приводят мечты

На ней было то же черное платье, что и в церкви. Туфли она сняла. Ее глаза покраснели от слез.

Рядом с ней сидел Йен, держа ее за руку. По его щекам струились слезы. Я испытал к нему прилив нежности. Он такой милый и чуткий мальчик, Роберт! Я наклонился, чтобы погладить сына по голове.

Он огляделся по сторонам, и на один миг мне показалось, что он смотрит на меня, видит меня – тогда сердце мое чуть не остановилось.

– Йен, – пролепетал я.

Он снова взглянул на Энн.

– Мама? – сказал он.

Она не ответила.

Он вновь заговорил, и ее взгляд медленно переместился на его лицо.

– Я знаю, это кажется безумием, – сказал он, – но… у меня такое чувство, словно папа с нами.

Я быстро взглянул на Энн. Она не отрываясь смотрела на Йена все с тем же выражением.

– То есть прямо здесь, – сказал он ей. – Сейчас.

Улыбка ее была вымученной, но ласковой.

– Я знаю, ты хочешь мне помочь, – сказала она.

– Я правда это чувствую, мама.

Ее сотрясали рыдания; она была не в состоянии ответить.

– О боже, – прошептала она, – Крис…

Я опустился на пол рядом с кроватью и попытался прикоснуться к лицу жены.

– Энн, не надо… – начал я.

Прервав свои попытки, я со стоном отвернулся. Видеть, как мои пальцы утопают в ее плоти…

– Йен, мне страшно, – промолвила Энн.

Я быстро повернулся к ней. Последний раз я видел такое выражение на ее лице, когда однажды вечером шестилетний Йен пропал на три часа, – выражение беспомощного, парализующего страха.

– Энн, я здесь! – почти заорал я. – Я здесь.

Ужас застал меня врасплох. «Я не имел этого в виду!» – кричал мой рассудок. Но слова уже было не вернуть назад. Я позволил себе это допустить.

Я старался вытеснить из сознания страшное слово, сконцентрировавшись на Энн и Йене. Но вставал непрошеный вопрос, от которого было не спрятаться. Что, если тот человек говорил правду? Что, если это не сон?

Я пытался отступить. Невозможно – путь назад был заблокирован. Я гневно сопротивлялся. И что теперь, если я об этом подумал? Просто предположил такую возможность? Ведь не было никаких доказательств!

Так-то лучше.

«И это смерть? – насмешливо выговаривал я. – Плоть и кости? Смешно!» Возможно, это не сон – такое я мог допустить. Но уж точно не смерть.

Эти раздумья вдруг меня опустошили. И снова тело мое словно окаменело. «Опять?» – подумал я.

Ну и ладно. Я постарался выкинуть все из головы.