Я – легенда (сборник)

Теперь у него было растяжение шейных мышц и полный шприц аллилсульфида, а в душе – впервые за время его вынужденного уединения – чувство удовлетворения от удачной работы.

Он радостно сел в машину и поехал мимо домов, которые очистил и пометил мелом. Скорее всего, в очищенных кварталах снова укрываются вампиры. Но на облаву времени нет.

Затормозил, вошел в первый попавшийся дом и прошел в спальню. Там лежала молодая женщина с кровавой каймой вокруг губ.

Перевернув ее, Невилл задрал ей юбку и ввел аллилсульфид в мягкие, жирные ягодицы, потом снова перевернул на спину, отошел на шаг.

Простоял около нее полчаса, внимательно наблюдая.

Ничего не произошло.

«Ерунда какая-то, – возмущался голос разума. – Я развешиваю вокруг дома чеснок, и вампиры не смеют приблизиться. А своими особенностями чеснок обязан маслу, которое я ей ввел. И все же никаких результатов.

Черт побери, никаких!»

Он отшвырнул шприц и, вздрагивая от ярости и разочарования, снова вернулся домой. До темноты сооружал перед газоном деревянный заборчик, развесил на нем связки лука.

Весь вечер он апатично провалялся на кушетке, и только сознание того, что дел еще полно, не давало ему напиться до чертиков.

Утром Невилл вышел на крыльцо и увидел разбросанные по всему газону щепки.

Кресты. Один из них, золотой, поблескивающий в лучах утреннего солнца, он сейчас держал в руке. Кресты тоже отпугивают вампиров.

Почему? Есть ли здравая разгадка, в которую он может поверить, не поскальзываясь на банановых шкурках мистицизма?

Узнать это можно было только одним путем.

Он стащил женщину с кровати, притворяясь, что не замечает, как внутренний голос допытывается у него: «Почему ты всегда экспериментируешь на женщинах?»

Он не желал признавать никакой тайной подоплеки. Просто она первая ему попалась.

«Первая? А как же мужчина в гостиной?»

«Бога ради! – вспылил он. – Я же не собираюсь ее насиловать!»

«Скрестил пальцы, Невилл? Постучал по дереву?»

Этот выпад он проигнорировал, начиная подозревать, что в его сознании прячется нечто чуждое, враждебное.

В былые времена он назвал бы это совестью. Теперь она лишь досаждала. В конце концов, мораль рухнула вместе с обществом. Он сам себе нравственное мерило.

«Хорошая отговорка, Невилл!»

«Ох, заткнись!»

Но он не позволил себе просидеть весь день рядом с вампиркой. Привязав ее к креслу, уединился в гараже и долго возился с машиной, хотя необходимости в этом не было.