Адский дом

И когда действительно наткнетесь на что-то, оно растерзает вас и вывернет наизнанку. Вы же знаете, это место недаром называют Адским домом. Оно намеревается убить нас всех, так что лучше научиться ограждать себя, пока не будете готовы. А иначе просто станете очередной жертвой в списке.

Они долго молча смотрели друг на друга. Наконец она прикоснулась к его руке:

– Но тот, кто зарывает свой талант…

– О, черт!

Он повернулся на каблуках и зашагал прочь.

18 ч 42 мин

Обеденный зал был шестидесяти футов в длину и такой же высокий, как и широкий, – двадцать семь футов в ширину и в высоту.

Попасть в него можно было через арку из большого зала или через двери кухни.

Потолок делили на участки резные панели, известняковый пол был отполирован. Стены на высоту двенадцать футов закрывали деревянные панели, а выше виднелись каменные блоки. В середине западной стены располагался огромный камин, его готическая облицовка достигала потолка. Через равные интервалы над сорокафутовым столом в центре помещения висели четыре огромных церковных светильника с подведенной электропроводкой.

Вокруг стола стояло тридцать древних ореховых стульев с красной, как вино, бархатной обивкой.

Все четверо собрались у одного конца стола, Барретт сидел во главе. Невидимая пара из Карибу-Фолс в шесть часов принесла ужин и удалилась.

– Если нет возражений, я бы хотела попробовать вечером устроить сеанс, – сказала Флоренс.

Рука Барретта с ложкой на мгновение замерла, а потом зачерпнула вторую порцию брокколи.

– У меня нет возражений, – сказал он.

Флоренс посмотрела на Эдит, которая покачала головой, и перевела взгляд на Фишера.

– Прекрасно, – сказал он, протягивая руку к кофейнику.

– Тогда после ужина. – Флоренс кивнула.

Ее тарелка была пуста, и с тех пор, как все сели, она пила только воду.

– А вы не устроите сеанс утром, мистер Фишер? – спросил Барретт.

Тот покачал головой:

– Пока нет.

Барретт кивнул. «Тогда дело сделано», – подумал он.

Он попросил и получил отказ. Поскольку его роль в проекте требовала помощи физического медиума, Дойч не мог возразить против посылки за одним из его людей. «Превосходно», – подумал Барретт. Утром все будет устроено.

– Ну что ж, – проговорил он, – должен сказать, дом пока что не проявил себя достойным своей репутации.

Фишер оторвал взгляд от своей тарелки.

– Он еще не снял с нас мерку, – ответил он, и его губы на мгновение скривились в невеселой улыбке.