Хладные легионы

Вслед за его словами раздался гром.

Глава пятая

Охота продолжилась с наступлением ночи.

Сначала вокруг царили паника и смятение, звучали вопли и возбужденный лай псов, остававшихся на цепях в лагере. В подлеске трещали ветви: те, кому удалось освободиться, ломились что было сил вверх по лесистому склону. Позади сквозь густеющие заросли мерцали тускнеющие огни костров. Горло Джерина саднило от тяжелого дыхания; кровь текла по лицу, исхлестанному ветками, которые задевал идущий впереди кузнец. Юноша следовал за ним, ничего не замечая, и ужас перед псами подгонял его словно плетью.

Он их видел во время похода: огромные волкодавы, серые и косматые, с удлиненными мордами и кривыми ухмылками, которыми они одаривали рабов, беспокойно расхаживая туда-сюда на поводках. Псы вызывали первобытный страх. В детстве, на болоте, он однажды видел, как такие собаки загрызли человека – бедолага сбежал из плавучей тюрьмы в эстуарии и в отчаянии пробирался домой, ведомый слепой надеждой отыскать убежище.

Джерину было четыре или пять лет, и звуки, которые издавал обреченный, когда волкодавы рвали его на части, сохранились в уголке памяти, что отведен для ужасов более жутких, чем те, которые можно описать словами.

С воспоминанием пришла и осознанная идея.

Он схватил кузнеца за рубаху, потащил в сторону и за свои старания снова получил веткой в лицо. Выплюнул сосновые иголки, вытер нос и выдавил:

– Подожди… да остановись ты наконец!

Тяжело дыша, оба остановились в сухом овраге, окруженном молодыми деревьями и густым подлеском.

Они стояли, поддерживая друг друга, не в силах отдышаться. Справа кто-то ломился сквозь заросли, но слишком далеко, чтобы они могли что-то рассмотреть, и он быстро удалялся, судя по затихающим звукам. Прохладное, пахнущее сосновой смолой спокойствие окутало обоих. Внезапно липкий ком каши в желудке Джерина кувыркнулся и послал горячую волну в горло. Юноша согнулся пополам, его вырвало. Кузнец вытаращил глаза.

– Какого хрена ты меня остановил?

Но он не двинулся с места.

– Плохо. – Джерин все еще стоял, согнувшись и упираясь руками в колени, его сотрясали кашель и рвотные позывы. Струйки соплей и слюны серебристо поблескивали в тусклом свете, да и голос был тоненьким как ниточка. – Бежать вот так. Плохо. У них псы.

– Я, блядь, слышу псов. От кого, по-твоему, мы удираем?

Джерин покачал опущенной головой, все еще тяжело дыша.

– Нет, ты меня послушай. Мы должны найти… – Он сплюнул, взмахнул рукой.