Хладные легионы

 – Ты хочешь сказать, что Харат начал драку?

– Я хочу сказать, что он тут был – и все. И я знаю, как он себя ведет, когда рядом другие маджаки. Орет про старых богов и то, что Цитадель полна дерьма. Нельзя так говорить и не получить по морде.

– Это точно. – Эгар в задумчивости подвигал кружкой взад-вперед на стойке. – А ты знаешь, где он сейчас кантуется?

Хозяин таверны бросил на него удивленный взгляд.

– Да. А тебе какое дело?

Драконья Погибель пожал плечами.

– Он похож на парня, которого я ищу, только и всего.

Сын кузины матери, и имя сходится. Та еще бестолочь, но меня попросили проверить, как у него дела. Ничего такого. Семья. Сам понимаешь.

– Еще бы.

– Он сюда приходил? Ну, после драки.

Хозяин таверны ненадолго уставился в пустоту. Наверное, вспоминал, сколько маджаки переломали, устроив заварушку.

– Поищи на Ан-Моналской дороге, по другую сторону Моста, – сказал он наконец. – Я слышал, Харат живет над лавкой ростовщика.

Глава одиннадцатая

Они дошли до реки без приключений, ориентируясь на издаваемые ею звуки и время от времени видневшиеся с тропы, сквозь листву, проблески воды, в лучах солнца казавшейся металлической.

Некоторое время они следовали вдоль восточного берега, пока наконец в ста ярдах ниже по течению от последних быстрин и порогов тропа не вышла из зарослей и не приблизилась к кромке. Это был тот же брод, которым они воспользовались по пути в лагерь; уже знали, что глубина там максимум по пояс. И все же Рингил спешился и некоторое время стоял в высокой траве, наблюдая. Он сказал самому себе, что проверяет дальний берег, прежде чем пересечь реку, – нет ли признаков засады.

«Становимся нервными в преклонные годы, верно, Гил? В чем дело – ты вдруг захотел умереть от старости в своей постели?»

«Я пока не планирую умирать».

Это был прекрасный день, сонный от жары и жужжания насекомых. Поздний утренний солнечный свет лежал на воде пятнами – слишком яркими, чтобы смотреть на них прямо. Рингил прикрыл лицо рукой, сощурил глаза и взглянул на деревья на противоположном берегу.

Около тридцати ярдов – легкий переход для лошадей, плыть не нужно.

Если кто-то и прятался среди деревьев, вел себя очень тихо.

«Среди деревьев никого нет, Гил, и ты это знаешь. Мы имеем дело с местным ополчением и пограничным патрулем, а не с разведывательным отрядом легкой пехоты. Они остались в лагере Снарл, убивают твоих людей и, наверное, рабов – для полноты картины.