Разреженный воздух

Так что да. Мамуля вошла в двери провинциальной штаб-квартиры «Блонд Вайсьютис», им в то время были нужны гиберноиды, так что меня слегка подправили. На самом деле ее трудно винить. Там, откуда она родом, МСКП была единственной перспективой для матери-одиночки. Ну или она могла снять комнату наверху и велеть парням выстраиваться в аккуратную очередь на лестнице.

– Господи, – выдохнула она.

– Он не отвечал на звонки. Как и еще один кусок дерьма, который предоставил вторую половину моего изначального кода, так что… – Я пожал плечами.

Некоторое время Мэдисон молчала. Мы медленно пили мате, без особого энтузиазма заедая его сладкими пирожными.

– Расскажите о своей дочери.

– А? – Она подняла взгляд. – О, да. Аданья. Ей сейчас пятнадцать. Пока меня нет, создает проблемы для отца, в этом у меня сомнений нет.

– Вас часто не бывает дома?

– Это мое первое межпланетное путешествие. Но я довольно часто уезжала по земным делам. Аданья уже привыкла.

– Как так вышло, что мы сменили Землю на Марс? Вызвались добровольцем?

– Именно так.

«Потому что все ваши слова указывают на то, что вы искренне верите в культуру службы и миссию КОЛИН для всего человечества». Я покачал головой.

– Удачная догадка. Вы были частью той миссии, которую КОЛИН прервал в прошлый раз?

– Нет. Это было шесть лет назад. В смысле, земных лет. Аданья тогда была еще совсем маленькой, и я, эмм, старалась путешествовать как можно меньше. Другое время для нас всех.

Было что-то такое в том, как она это сказала.

– Вы сказали, Аданья привыкла. А что насчет ее отца?

– Его это вполне устраивает, – поджав губы, ответила она.

– Как скажете.

– Мы в разводе. Вот уже девять лет. – Она посмотрела прямо мне в глаза, позаимствовав мой тон. – Ну и что мне оставалось?

Она скопировала меня хорошо, очень аккуратно. Я рассмеялся.

– Ну и славно.

– Ну и славно, – согласилась она.

* * *

Транспортная компания «Вектор Рэд» занимала пять отдельных зданий, сгруппировавшихся вокруг большого, засаженного железными деревьями четырехугольника, в центре которого возвышалась статуя Эрики Хоркан. Голова откинута назад, поза, по всей видимости, должна означать созерцание звезд. С другой стороны, офисы руководства располагались как раз в верхней части высокой полированной черной башни прямо напротив нее.