Темные ущелья

Гил почти видел, как она должна была выглядеть, как будто образ того, что должно было произойти, чередовался с раной, которую он на самом деле нанес противнику: это оказался всего лишь порез, как будто от ножа, и хинерионца он, похоже, совсем не беспокоил. «И не забывай про плечо, Гил». Еще один сильный удар должен был рассечь и вскрыть ткань мышц, должен был превратить любое мало-мальски заметное движение этой рукой в му?ку, от которой хоть кричи…

Но Рингил увидел, как Клитрен подбросил меч этой самой рукой, поймал его обычным хватом и при этом почти не поморщился.

Как будто это не стоило ему никаких усилий.

– Ну? – глумливо спросил наемник. – Это все, на что ты способен?

– Может, спросишь своего приятеля Венжа? – Гил отбросил дурные предчувствия, собрался. – Ты с ним очень скоро встретишься.

На последнем слове он бросился вперед. Друг Воронов взметнулся, приглашая парировать удар, а потом резко рванул вниз, стоило Клитрену заглотить наживку. Он метил в ногу противника. Но наемник каким-то образом опередил Гила и парировал длинным мечом, уведя Друга Воронов острием к брусчатке.

Клинки скрестились, и кириатская сталь застряла.

Короткий меч взметнулся, атакуя на высоте головы.

Гил скорее почувствовал это, чем увидел. Ему оставалось лишь опустить подбородок и положиться на судьбу.

Клинок нанес ему свирепый удар по верхушке шлема, почти снес его с головы, потом соскользнул с металлического изгиба – и Рингил споткнулся, в голове зазвенело, шлем перекосился и сделался бесполезным, а рука едва не выпустила Друга Воронов.

Все, на что ему хватило сил, – это удержаться на ногах.

Раздался триумфальный возглас Клитрена, и внезапно Рингил почувствовал, как холодная рука мальчишки схватила его за плечо и потянула в сторону. Он поддался и услышал, как длинный меч наемника со свистом рассек воздух в том месте, где он только что стоял. Пошатнулся, восстановил равновесие, но мальчишка тут же дернул его снова, на этот раз повалив на мостовую.

Он грохнулся на булыжники во весь рост, ударился головой. Почувствовал, как слетел с головы шлем, услышал, как он откатился со звоном, – и в тот же миг понял, что призрачная рука Джерина вцепилась в Друга Воронов, вынуждая его разжать хватку…

Он обессиленно перекатился на спину, щит немыслимой тяжестью придавил его левую руку, а правая была пуста. Клитрен приблизился и заслонил небо, как будто высокий, торжествующий бог, которого он умудрился разозлить.