Темные ущелья

Он поднялся на ноги, пошатываясь.

Друг Воронов лежал рядом на песке – очевидно, в какой-то момент Рингил его снял, но этого тоже не помнил.

Он наклонился, неуклюже двигаясь оттого, что замерз. Прижал меч к себе, словно тело какого-нибудь мертвого сломленного любовника.

Они стоят вместе на мысе с видом на океан. Наверное, поднялись туда с пляжа внизу, хотя в памяти лишь какие-то смутные обрывки. Небо потемнело, но от лунны исходит размытое свечение масляного цвета, просачивается сквозь разодранные тучи, словно жалкое подобие Ленты, поливает море рассеянным золотом.

Вокруг них ветер колышет длинную жесткую траву, сгибая ее кругами, отчего кажется, что она кланяется Темной Королеве.

– Ты ищешь Призрачный остров, Последнее Звено Цепи. – Она не задает вопрос.

– Помимо всего прочего, да.

– Вы нашли его неделю назад. Вас обманули.

Рингил беспокойно взмахивает рукой.

– Остров, который то появляется, то исчезает, как ветер и буря? Со всем уважением, госпожа моя, я совершенно уверен, что мы бы такое не пропустили.

– Да неужели? – Глаза Фирфирдар поблескивают в скудном свете. – Это почему же, позволь спросить? Как бы вы узнали такой остров, если не видели, как он появляется? Чем он в проявленной форме отличается от других островов? Может, вы думали, что он светится колдовским пламенем, как написано в хрониках?

– Нет, я думал, что местные о нем знают и смогут указать мне на него.

– Знают. И указали.

– Ошибаетесь, моя госпожа. Если не считать мифы и старушечьи байки, местные вообще ни про какие острова не рассказывали.

Они упомянули лишь о…

И тут до него доходит. Он снова слышит грубый голос с хиронским акцентом, один из великого множества голосов, какие им довелось услышать в тавернах Орнли, пока все эти рассказы не начали сливаться в единый бессвязный поток. «При приближении Серая Чайка может показаться отдельным островом, но не обманывайтесь. Кое-какие течения заставляют заливы заполняться в определенное время, но всегда можно перейти вброд, в худшем случае воды будет по пояс.

Однако бо?льшую часть времени там и сапоги не намочишь».

Он закрывает глаза.

– О, ради Хойрана, мать его.

– Именно так. Как я уже сказала, вас обманули. Если точнее, вас заставили поверить, что легенду, искаженную за тысячелетия рассказывания и перерассказывания, все еще можно воспринимать буквально.

– Остров приходит и уходит вместе с переменой погоды, – медленно говорит Рингил, словно излагая некое теологическое доказательство.