Поющие кости. Тайны Д’Эрбле (сборник)

Вид мужчин, сидящих на земле с микроскопом, чрезвычайно развеселил инспектора, и он, уже не скрываясь, расхохотался.

– Извините, джентльмены, но такому тертому калачу, как я, все это кажется немного… ну, вы понимаете. Микроскоп – вещь, конечно, занимательная, но здесь от него мало толку, верно?

– Возможно, – не стал спорить Торндайк. – Кстати, вы нашли шляпу?

– Нет, ее не обнаружили, – признался инспектор.

– Тогда мы поможем вам в дальнейших поисках, если чуточку подождете.

Торндайк капнул на карточки немного ксилола, чтобы зафиксировать осколки в собранных линзах, и убрал их вместе с микроскопом в чемоданчик, после чего объявил, что мы готовы идти.

– Здесь рядом есть какое-нибудь жилье? – спросил он у начальника станции.

– Ближе Корфилда ничего нет, а до него около полумили.

– А где проходит ближайшая дорога?

– В трехстах ярдах отсюда есть заброшенная дорога, которую прокладывали к дому, который так и не построили. От нее к станции ведет тропинка.

– А еще какие-нибудь дома там есть?

– Только один, и от него до ближайшего жилья не меньше полумили.

А других дорог здесь нет.

– Есть вероятность, что Бродский шел отсюда, ведь его нашли с этой стороны путей.

Инспектор согласился, и мы последовали за начальником станции к дому, попутно разглядывая землю у себя под ногами. Пустырь, по которому мы шли, зарос щавелем и крапивой. Надеясь найти шляпу, инспектор шарил фонарем по каждому пригорку и ворошил заросли носком ботинка. Через триста ярдов мы подошли к низкой ограде, за которой был виден сад с небольшим коттеджем.

Инспектор стал яростно пинать крапиву, росшую у забора. Внезапно что-то звякнуло, послышался вопль, и инспектор, поджав ногу, отскочил, оглашая воздух проклятиями.

– Какой идиот бросил в крапиву эту дрянь! – возмущался он, потирая ушибленную ногу.

Торндайк поднял с земли металлический прут толщиной в три четверти дюйма и длиной около фута.

– Похоже, он здесь недавно, – заметил он, внимательно рассматривая прут в свете фонаря.

 – На нем совсем нет ржавчины.

– Мне от этого не легче, – проворчал инспектор. – По башке бы съездить того придурка, который бросил сюда эту железку.

Не обращая внимания на страдания инспектора, Торндайк продолжал рассматривать прут. Потом он поставил фонарь на ограду, вынул лупу и продолжил свое занятие с удвоенным усердием. Разъяренный инспектор захромал прочь, и вскоре мы услышали, как он отчаянно колотит в ворота.