Поющие кости. Тайны Д’Эрбле (сборник)

Чертова дыра этот Портленд, и я всегда радовался, когда меня посылали в город для опознания. Тогда предварительное заключение находилось в Холловее, это уж потом они переехали в Брикстон.

Пратт прервал свои воспоминания, и ошеломленный Пембери с трудом взял себя в руки.

– Вы, вероятно, обознались, – возразил он.

– Ну, уж нет. Вы Фрэнсис Доббс. Двенадцать лет назад сбежали из тюрьмы. На следующий день вашу одежду прибило к берегу. Беглеца так и не нашли. Смылся подчистую. Но в картотеке осталась парочка фотографий и отпечатки пальцев.

Хотите посмотреть?

– С какой стати?

– Да, и вправду, к чему это вам? Вы ведь человек состоятельный, и небольшой капиталец, оформленный на нужного человека, может избавить вас от такой необходимости.

Пембери пару минут молча смотрел в окно. Потом резко повернулся к Пратту:

– Сколько вы хотите?

– Полагаю, пара сотен в год вам вполне по карману.

Пембери немного подумал и спросил:

– А почему вы решили, что я человек состоятельный?

Пратт недобро усмехнулся:

– Черт, да я все про вас знаю, мистер Пембери.

Последние полгода я жил в полумиле от вашего дома.

– Что за вздор!

– А вот и нет. Когда я ушел со службы, генерал О’Горман нанял меня присматривать за своим поместьем в Бейсфорде – сам он появлялся там довольно редко. В первый же день я наткнулся на вас и сразу узнал, но виду не подал. Решил сначала выяснить, имеете ли наличность, ну, и оказалось, что пара сотен вам вполне по силам.

Установилось молчание, которое вскоре было прервано бывшим тюремщиком:

– Вот что значит иметь хорошую память на лица. Возьмем того же Джека Эллиса. Вы пару лет жили прямо у него под носом, а он и в ус не дул. Ну пусть себе отдыхает, – добавил Пратт, уже сожалея о том, что, поддавшись тщеславию, позволил себе излишнюю откровенность.

– А кто такой Джек Эллис? – осведомился Пембери.

– Да что-то вроде внештатного сыщика в полицейском участке Бейсфорда. Кое в чем им помогает, разнюхивает, и все такое.

Он служил конвоиром в Портлендской тюрьме, как раз в те времена, когда вы там сидели, но ему оторвало указательный палец, и его отправили на пенсию. Поскольку Джек родом из Бейсфорда, его там и пристроили. Но не бойтесь, он вас не узнает.

– Если только вы меня не продадите.

– Нет, к чему мне это? – засмеялся Пратт. – Можете не сомневаться, буду сидеть тихо и не высовываться. И потом мы с ним не очень-то ладим.