Пробуждение Тьмы

Она все время кочевала из города в город, говорила, что ни одно место не было ее настоящим пристанищем, но сейчас, завидев окна с болотного цвета ставнями и маленький, дремлющий осенью сад, она осознала, что домом автоматически становилось любое место, где была мама.

Регина решительно шагнула вперед.

На первом этаже горел теплый свет. Подойдя к окнам, она увидела на кухне женскую фигуру, знакомую до боли в груди. Гвендолин что-то стряпала на огне и легонько улыбалась, о чем-то задумавшись. Волосы ее привычным образом были собраны на затылке, в ушах висели сережки-капельки, а поверх домашнего платья повязан хлопковый передник с ручной вышивкой.

Ничто не изменилось за эти дни: мама выглядела по-прежнему и даже… счастливее. Спокойнее. Регина содрогнулась от мысли, которая расколола ее надвое.

«Ей без тебя лучше».

Увидев, что Гвендолин не трясется от страха, не раскачивается в трансе и не бежит наверх собирать чемоданы, а пребывает в гармонии с собой, Регина с болью осознала, что больше матери и незачем убегать, некого защищать.

И нечего бояться. Все, чего она так опасалась, уже свершилось, и вместе с тем освободило ее от рабства своего же страха.

На глазах Регины выступили жгучие слезы. Она машинально отошла от окна, не желая себя обнаружить. Замерла в отдалении, не в силах отвести замутненных глаз от фигуры Гвендолин, но голос, внезапно раздавшийся за спиной, заставил ее обернуться:

– Не стоит ее трогать, Регина.

На удивление, Керидвена не явилась за ней.

Перед девушкой стояла Эдана в платье винного оттенка и сочувственно улыбалась. Увидев слезы, стоявшие в глазах девушки, ведьма подошла ближе и приобняла Регину за плечи.

– Думаю, ты и сама видишь: счастлив тот, кто живет в неведении. Не нужно врываться в дом и взывать к ее памяти – она испугается и вызовет полицию, ведь ты для нее не более чем незнакомый человек с улицы.

Это прозвучало жестоко, но правдиво. Слишком правдиво.

– Я так надеялась… Думала, ей плохо без меня.

Думала, она увидит меня и вспомнит, расскажет, что случилось в прошлом, и я, возможно, чем-то смогу ей помочь.

Регину и саму коробило от того, насколько наивно звучали ее слова. Теперь она видела это отчетливее, словно с глаз спали шоры.

– Ох, Регина, – вздохнула Эдана, крепче обнимая девушку. – Ты поможешь ей, если оставишь в покое. Отпусти ее, как и все свое прошлое.

Регина подавила желание разрыдаться и проглотила тугой комок в горле.