Две капли – одна судьба

Откуда-то потянуло запахом жаренного на гриле мяса и сигаретным дымом, послышался плеск и веселый смех. Кирилл сжал кулаки. Куда его ведут?

– Какого черта?!

В туже секунду с Кирилла сорвали повязку. Мир снова обрел очертания, и он увидел перед собой рыжеволосую широкоплечую девушку. На ней было короткое голубое платье с кружевным воротником. «Лизавета», – вспомнил Кирилл.

– По-моему, он уже усвоил урок, – девушка швырнула повязку куда-то в кактусы.

Кирилл обнаружил, что никто больше не держит его за руки.

Дуло пистолета тоже исчезло. Обернувшись, он обнаружил у себя за спиной трех ярко накрашенных девушек в нарядных платьях и четверых парней, которых раньше не видел.

Самую высокую из них Кирилл узнал сразу: темные волосы, высокие скулы, татуировка с розочкой на запястье. Люба Трапина, вне всяких сомнений, только в этот раз ее волосы были собраны в тугой пучок, как у балерины. Рядом стояли две девушки пониже, одинаково светловолосые и голубоглазые. Обе держали в руках смартфоны, но на этом их сходство и заканчивалось.

Одна выглядела взрослой леди, как и полагается ученице дорогой школы: спортивное платье, белая повязка на голове, босоножки на танкетке. Вторая, казалось, только что приехала со съемок клипа какой-нибудь рок-группы. Короткое клетчатое платье без рукавов оставляло открытыми руки, унизанные черными браслетами, и длинные ноги в черных же высоких ботинках. Перед Кириллом стояли двойняшки Фокины, Галина и Елена.

– Здорово мы тебя разыграли? – Люба слегка улыбнулась.

Двойняшки за ее спиной синхронно хмыкнули.

– Разыграли? – возмутилась Лизавета. – Давно ли повтор старых розыгрышей считается за новые?

– На самом деле это был не повтор. – Люба одернула подол короткого белого платья. Когда она подняла руки, в одной из них блеснул футляр губной помады. Девушка с улыбкой ткнула им в руку Кирилла. – Савва сразу же догадался, что к чему. Собачка моей мамы, и та поняла бы, что это не пистолет!

Кирилл невольно отшатнулся, когда холодный футляр коснулся его плеча.

Савва, может, и понял бы, но он… И тут парень осознал: Люба назвала его именем брата – точно так же, как и отец Лизаветы.

– Минуточку, – пробормотал Кирилл, внезапно обнаружив, что немного осип от пережитого ужаса, – я не…

Лиза не дала ему договорить. Все еще сверля Любу сердитым взглядом, она уперла руки в бока:

– Даже если Савва обо всем догадался, розыгрыш вышел дурацким! Ты просто не хочешь признать.

Люба промолчала.