Башня Нерона

Но какой бы привлекательной ни казалась мысль сбросить Лу с крыши, я сомневался, что она говорит серьезно, потому что подробностей она не сообщила.

– Завтра, – отрезала она. – Когда выйдем отсюда.

Утром Салли приготовила завтрак. Эстель заходилась смехом, глядя на нас. Пол извинился, что не сможет одолжить нам машину, потому что на семейном «Приусе», который мы обычно разбивали, Перси, Гроувер и Аннабет уехали в Калифорнию. Он предложил нам проездной на метро, но я был не готов снова садиться в поезд.

Салли обняла каждого и пожелала удачи. А потом сказала, что пойдет снова печь печеньки – это вроде как помогает ей снять стресс от работы над редактурой ее второго романа.

У меня возникла целая куча вопросов. Второй роман? Прошлым вечером мы вообще не обсуждали ее писательские дела. Печеньки? А может, и мы подождем, пока они испекутся?

Но что-то мне подсказывало, что дом Джексонов/Блофисов всегда будет полон гастрономических соблазнов. Здесь всегда найдется что-нибудь сладенькое или солененькое, а главное – куда более привлекательное, чем неприятности, ожидающие меня во внешнем мире.

К тому же работа Салли вызывает у меня уважение. Как бог поэзии я знаю, что такое редактура. Схватки с монстрами и императорскими наемниками тут и рядом не стоят.

Радует хотя бы то, что дождь прекратился и наступило жаркое июньское утро. Мы с Лу и Мэг шли пешком в сторону Ист-Ривер, петляя по переулкам, пока Лу не нашла подходящее место.

В жилой десятиэтажке в двух шагах от Первой авеню шел капитальный ремонт.

Кирпичный фасад здания казался пустой скорлупой, в окнах не было стекол. Обойдя парковку сзади, мы перелезли через решетчатый забор и увидели, что черный ход закрыт обыкновенным листом фанеры. Лу одним пинком разнесла его в щепки.

– После вас, – сказала она.

Я заглянул в темный проем:

– А это обязательно?

– Падать с крыши буду я, а не ты, – тихо проговорила она. – Так что хватит ныть.

Внутри здание было укреплено металлическими лесами, уровни которых соединялись приставными лестницами.

Чудненько. После того как нам пришлось карабкаться на башню Сютро, мне, конечно же, очень хотелось снова полазать по лестницам. Солнечные лучи проникали в пустое здание, подсвечивали облачка пыли и, преломляясь, превращались в миниатюрные радуги. Крыша у нас над головой пока оставалась нетронутой. Лестница на последнем ярусе лесов вела на площадку с металлической дверью.

Лу полезла первой.