Башня Нерона

– Я вызову такси, – ответила она.

Меня обдало холодной волной страха: я понял, о чем она говорит. Стало ясно, зачем Лугусельва дала ей эту монету, и какая-то часть меня пожалела, что не закинула галлийку на пару кварталов подальше.

– Только не это! – взмолился я. – Только не их. Не их!

– Они клевые, – настаивала Мэг.

– Никакие они не клевые! Они ужасные!

– Только им такое не говори, – сказала Мэг, а потом бросила монетку на дорогу и закричала на латыни: – Стой, про?клятая колесница!

Глава 7

Проклятая колесница,

Почто встали мы здесь?

Приложением не пользуюсь

Можете считать меня суеверным.

Монетка Мэг коснулась тротуара и, вспыхнув, исчезла. В тот же миг кусок асфальта размером с автомобиль превратился в кипящую лужу из крови и гудрона. (По крайней мере, так показалось со стороны. Проверять, что именно там кипело, я не стал.

Из жижи, словно субмарина, всплывшая на поверхность, появилось такси. Это было обыкновенное нью-йоркское такси, только не желтое, а серое – цвета праха, могильных плит и, вероятно, моего лица в тот момент. На двери было написано «СЕДЫЕ СЕСТРЫ». На водительском месте рядком сидели именно они – три старые карги (прошу прощения: три сестры в самом расцвете лет).

Пассажирское окно опустилось, из него высунулась старушечья голова и прокаркала:

– Подбросить?

Она была такой же милашкой, какой я ее запомнил: лицо, похожее на резиновую маску, какие надевают на Хеллоуин, зияющие кратеры вместо глаз и льняное покрывало, все в паутине, на жестких седых волосах.

– Привет, Буря, – вздохнул я. – Давно не виделись.

Она наклонила голову набок:

– Кто это? Не узнаю твой голос. Подбросить или как? У нас и другие заказы есть!

– Это я, – со стыдом признался я. – Бог Аполлон.

Буря принюхалась. Причмокнула губами, провела языком по единственному желтому зубу:

– Голос у тебя не как у Аполлона.

– Э-э, нет, – отказался я. – Придется поверить мне на слово. Нам нужно…

– Постой-ка. – Мэг изумленно посмотрела на меня. – Ты знаком с Седыми сестрами?

Она сказала это таким тоном, словно я специально скрывал это от нее – как если бы я знал всех трех основательниц группы «Бананарама» и до сих пор не взял для нее автограф.