Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 2. Молот Тора

Вид у него был унылый, а одежда обычная – черная кожаная куртка и брюки, накрахмаленная рубашка белого цвета и шарф в крупный горох, похоже, вырезанный из подстилки для игры в твистер. Я обратил внимание на бледность его лица. Цветом оно сейчас сливалось с его почти белыми волосами.

Хэрт ответил Мимиру раздраженными жестами, которые отличались такой стремительностью, что я с трудом уловил только часть его немой речи:

– Слишком опасно… смерть… защити этого идиота…

И только лишь посмотрев в ту сторону, куда он указал, я увидел Блитцена.

Как всегда элегантно одетый (костюм-тройка цвета ореха в тон его кожи, черный галстук-бабочка в цвет бороды и шляпа в стиле Фрэнка Синатры), он стоял, опершись спиной о борт раковины.

– Нам действительно надо идти, – произнес он твердо. – Парень нуждается в нас.

Я хотел крикнуть:

– Мне жутко вас не хватает! Я так хочу снова как можно скорей увидеться с вами. Но вы не должны рисковать из-за меня жизнями!

Только вот вместо всех этих правильных слов у меня вылетела изо рта невесть как туда попавшая золотая рыбка, которая радостно заплескалась в просторах ванны.

Башка моя опрокинулась в пену, а когда я вынырнул, то оказался совсем в другом сне.

Лишенный по-прежнему тела, я плавал в огромной стеклянной банке, наполненной маринованными огурцами и уксусом. Несмотря на мутно-зеленоватую жидкость и изогнутое стекло, мне стало ясно, что я нахожусь в баре на барной стойке. На стенах помигивала неоновая реклама различных напитков.

Неясные силуэты посетителей ссутулились на барных стульях. От их смеха и громких разговоров маринад колыхался.

Я редко бываю в барах. И уж тем более мне ни разу раньше не приходилось глядеть на какой-то из них сквозь банку с маринованными огурцами, но тем не менее место мне показалось знакомым. И планировкой, и расстановкой мебели, и окном с переплетом, и держателем для рюмок, по виду напоминающим висячую лампу.

В поле моего зрения возникла фигура в белом, гораздо объемнее и крупнее остальной публики.

– Вон! – гаркнула она таким низким и хриплым голосом, словно бы незадолго до этого прополоскала себе горло бензином. – Все вон! Мне надо поговорить с братом!

Посетители с ропотом двинулись к выходу. Скоро в помещении стало пусто и тихо. Я слышал лишь звук работающего в дальнем углу телевизора.

– Глянь-ка, Билл! – говорил комментатор какого-то соревнования.