Магнус Чейз и боги Асгарда. Меч Лета

А потом запрокинула голову и расхохоталась:

– О, ты мне нравишься! Нам с тобой будет весело. Нет, Магнус Чейз, я не твой отец, но я точно на твоей стороне. – Он обвёл пальцем эмблему «Ред Сокс» на футболке. – С моим сыном ты скоро познакомишься. А пока прими маленький совет. Имей в виду: внешность обманчива. И благие намерения твоих товарищей тоже обманчивы. И кстати, – он резко подался вперёд и ухватил меня за запястье, – передай от меня привет Всеотцу.

Я попробовал вырваться, но хватка у него оказалась стальная.

Сон опять изменился. В этот раз я летел сквозь серый холодный туман.

– Хватит вырываться! – произнёс женский голос.

За запястье меня теперь держала та девушка, которая кружилась надо мной на мосту. Она неслась по воздуху на своём призрачном коне, волоча меня за собой, как мешок с грязным бельём. За спиной у неё висело сверкающее копьё. Кольчуга поблёскивала в сером свете.

Девушка сжала мне руку покрепче:

– Ты что, хочешь нырнуть в Гиннунгагап?

В какой ещё… Гап? В любом случае вряд ли речь идёт о магазине одежды[21 - Магнус имеет в виду Gap, культовый американский бренд.

]. Глядя вниз, я видел только серую бесконечность. И решил, что падать в неё не хочу.

Я попытался заговорить, но не смог. И слабо мотнул головой.

– Тогда не вырывайся, – приказала девушка. Несколько тёмных прядей высвободились из-под зелёного платка под её шлемом. Глаза девушки были оттенка красного дерева. – И смотри, как бы мне жалеть не пришлось, – сказала она.

В этом месте я потерял сознание.

Я резко вдохнул и очнулся. Каждая клеточка моего тела встревоженно вибрировала.

Я уселся и ощупал себя, ожидая, что на месте живота и всех полагающихся внутренностей у меня зияет выжженная дыра. Но почему-то дымящегося куска асфальта у себя внутри я не нащупал. Ничего не болело. Диковинный меч куда-то запропастился. И главное – моя одежда оказалась в полном порядке: не обгорела и не порвалась.

На самом деле одежда была даже чересчур в порядке. Все, что я носил не снимая неделями – моя единственная пара джинсов, несколько футболок и фуфаек, куртка, – всё это не воняло.

Всё словно только что постирали, высушили и, пока я лежал без сознания, надели на меня. И это вселяло некоторое беспокойство. От одежды даже немножко пахло лимоном – как в те старые добрые времена, когда вещи мне стирала мама. И ботинки были будто новенькие – блестели, как в тот самый день, когда я выудил их из помойки на задворках магазина «Марафон спортс».