Магнус Чейз и боги Асгарда. Меч Лета

Мой страх сильнее меня. У этих волков глаза, конечно, не горят синим огнём, как у тех, что напали на маму, но в качестве символа загробного мира я бы предпочёл тушканчика.

– А разве убивать не запрещено законом? – пропищал я из-за кадки.

Хундинг поднял кустистые брови:

– Это же вроде как для потехи, сынок. К ужину убитый будет как новенький. – С этими словами Хундинг вытянул меня из убежища. – Идём-ка.

Я не успел расспросить подробнее, что это за «потеха» такая, потому что мы пришли к лифту.

Вместо дверей у него была решётка из копий, а саму кабинку внахлёст увешивали щиты. Кнопок оказалось столько, что панель тянулась от пола до потолка. На верхней кнопке значилась цифра 540. Но Хундинг нажал на 19.

– Как это: в таком доме – и пятьсот сорок этажей? – удивился я. – Это должно быть самое высокое здание в мире.

– Если бы оно стояло в одном мире, то и было бы самым высоким. Но это здание соединяет все Девять миров. Ты зашёл через Мидгард. Как и большинство смертных.

«Мидгард»… Я смутно припоминал, что викинги будто бы верили в существование девяти различных миров. И Рэндольф тоже сказал это слово – «миры». Но слишком уж давно мама читала мне на ночь скандинавские мифы.

– То есть через мир людей.

– Точно. – Хундинг набрал в грудь побольше воздуха и изрёк:

Пять сотен дверей

и сорок ещё

в Вальгалле, верно;

восемьсот воинов

выйдут из каждой

для схватки с Волком[24 - Хундингу, конечно, ничего не стоит процитировать «Старшую Эдду» в оригинале, то есть на древнеисландском.

Но тогда мы его не поймём. Поэтому здесь мы пользуемся переводом А. Корсуна.].

Он широко ухмыльнулся:

– Нам неведомо, когда и где начнётся наш бой.

– А он часто начинается? В смысле, бой?

– Ни разу. Однако… он может начаться в любой момент. Я, признаться, жду не дождусь! Тогда Хельги наконец отступится от меня и перестанет наказывать!

– Управляющий? А за что он вас наказывает?

Хундинг заметно приуныл:

– Долгая история.

Мы с ним… – В этот момент дверь-решётка свернулась. – Да ерунда это всё. – Хундинг хлопнул меня по спине. – Тебе понравится девятнадцатый этаж. Соседи что надо!

Я всегда считал, что коридоры в отелях тёмные, депрессивные и вселяют клаустрофобию. Девятнадцатый этаж? Не так и высоко. Сводчатый потолок высотой футов двадцать вместо балок поддерживали – ну же, угадайте! – конечно, копья. Прямо не отель, а оптовый склад копий.