Метка Афины

Дочь Мудрости одна на пути незримом…

– Элла! – Фрэнк резко поднялся. – Возможно, сейчас не самое подходящее время…

– Метка Афины горит над Римом, – повысив голос, продолжала Элла, зажимая уши ладонями. – Близнецы крадут неспешно ангела последний вздох, у него есть ключ от смерти нескончаемых оков. Бич гигантов золотом и белизной одет, победив тюрьмы плетенья, с болью вырвется на свет.

Последовал эффект разорвавшейся бомбы: все уставились на гарпию, но никто не произнес ни слова.

Сердце Аннабет глухо стучало в груди. Метка Афины… Девушка подавила сильное желание пощупать карман, но она и так чувствовала, что серебряная монетка – проклятый дар ее матери – нагревается. Следуй за меткой Афины. Отомсти за меня.

Вокруг продолжалось веселье, но разговоры и смех, казалось, звучат приглушенно и издалека, словно их стол вдруг оказался в четвертом измерении.

Первым пришел в себя Перси. Он встал, взял Тайсона за руку и сказал, напустив на себя веселый вид:

– У меня идея! А что, если ты отведешь Эллу подышать свежим воздухом? Вы с миссис О’Лири…

– Погоди-ка, – Октавиан не сводил глаз с Эллы, вцепившись дрожащими руками в одного из своих плюшевых медведей, словно хотел его задушить.

 – О чем это она говорила? Это похоже на…

– Элла много читает, – выпалил Фрэнк. – Мы нашли ее в библиотеке.

– Да! – поддакнула Хейзел. – Скорее всего, она просто вычитала это в книге.

– Книги, – очень кстати забормотала маленькая гарпия. – Элла любит книги.

Высказавшись, она заметно расслабилась, уселась, скрестив ноги на спине у миссис О’Лири, и принялась приглаживать перышки.

Аннабет с любопытством посмотрела на Перси. Они с Фрэнком и Хейзел явно что-то скрывают. Нет никаких сомнений в том, что Элла только что процитировала пророчество – в котором упоминается она, Аннабет.

На лице у Перси большими буквами было написано: «На помощь».

– Это было пророчество, – настаивал Октавиан. – И звучало это как пророчество.

Никто не ответил.

Аннабет не понимала до конца, что происходит, но ей стало ясно, что Перси вот-вот угодит в большую переделку.

Она заставила себя улыбнуться.

– В самом деле, Октавиан? Возможно, здесь, у вас, римлян, гарпии какие-то особенные? У наших едва хватает ума, чтобы прибираться в домиках да готовить обед.