Перси Джексон и море Чудовищ

Сообщи Танталу о случившемся.

– Танталу? – переспросил я.

– Исполнительному директору, – нетерпеливо пояснила Кларисса.

– Но ведь исполнительный директор Хирон. А где Аргус? Он же начальник службы безопасности. Почему его здесь нет?

Кларисса скорчила кислую мину:

– Аргуса уволили. Вы отсутствовали слишком долго. Все изменилось…

– Но Хирон… Он учил ребят сражаться с чудовищами больше трех тысяч лет. Он не мог просто взять и уйти. Что случилось?

– Вот что случилось, – рявкнула Кларисса и показала на древо Талии.

Историю этого дерева знал каждый обитатель лагеря. Шесть лет назад Гроувер, Аннабет и еще двое полубогов по имени Талия и Лука прибыли в Лагерь полукровок, а за ними по пятам гналась орда чудовищ. На вершине холма их почти настигли, и тогда Талия, дочь Зевса, попыталась ценой своей жизни задержать преследователей, чтобы дать время друзьям спастись. Когда она умирала, Зевс сжалился над ней и превратил ее в сосну. Ее дух укреплял волшебные границы лагеря, защищая его от монстров.

Но сейчас хвоя дерева пожелтела. У подножия дерева лежала огромная куча осыпавшихся иголок. В центре ствола, на высоте трех футов над землей я увидел след укола размером с пулевое отверстие. Из дырочки вытекал зеленый сок.

Сердце мое сдавила ледяная рука. Теперь я понял, почему лагерю угрожала опасность. Волшебные границы теряли силу, потому что древо Талии умирало.

Кто-то его отравил.

Глава пятая

У меня появляется новый сосед по комнате

С вами когда-нибудь бывало такое: вы приходите домой, а в вашей комнате полный бардак? Как будто кто-то очень хотел помочь (привет, мама) и попытался «прибраться», так что теперь вы не можете ничего найти? И даже если ничего не пропало, вас бросает в дрожь от мысли, что кто-то копался в ваших личных вещах и вытирал пыль с мебели, используя полироль с ароматом лимона?

Вот что я почувствовал, когда снова увидел Лагерь полукровок.

На первый взгляд вроде бы ничего особо не изменилось. Большой дом с опоясывающим его портиком и остроконечной крышей стоял на прежнем месте.

Клубничные поля все так же румянились на солнышке. Знакомые здания с белыми колоннами в древнегреческом стиле, разбросанные по долине: амфитеатр, арена для боев, обеденный павильон, выходящий на пролив Лонг-Айленд. И знакомые домики, зажатые между лесом и бухтой, остались все теми же – двенадцать строений странного вида, по числу олимпийских богов.

Но теперь в воздухе витало ощущение опасности.