Перси Джексон и последнее пророчество

Я помедлил, вглядываясь в следующие строки, мои пальцы похолодели, как будто листок с пророчеством их заморозил.

– И узрит мир, в вечный сон погруженный,

Душу героя проклятый клинок пожнет.

Анаклузмос в моем кармане вдруг словно потяжелел. Проклятое лезвие? Хирон как-то сказал мне, что Анаклузмос принес печаль многим людям. Возможно ли, что я погибну от своего собственного меча? Что такое «вечный сон» мира, как не смерть?

– Перси, – поторопил Хирон, – читай остальное.

Язык тяжело ворочался во рту, как будто туда насыпали песка, но я прочитал вслух две последние строки:

– Единственный выбор дни его пресечет,

Олимп защемив…

– Защитив, – мягко поправила Аннабет. – «Защитить» – значит «спасти».

– Я знаю, что это значит, – проворчал я.

– Олимп защитив или в прах обратив.

В комнате повисло молчание. Наконец Коннор Стоулл произнес:

– «Обратить» – это вроде не плохо?

– Не просто обратить, а обратить в прах, – глухо сказала Селена.

– Уничтожить, – поддержала Аннабет. – Истребить, стереть с лица земли.

– Я понял, спасибо, – мое сердце налилось свинцовой тяжестью.

Все смотрели на меня с сочувствием, а может, даже с жалостью и долей страха.

Хирон закрыл глаза, как будто молился про себя. Поскольку он оставался в облике кентавра, его голова почти задевала висевшие под потолком светильники.

– Перси, теперь ты понимаешь, почему не следовало рассказывать тебе все пророчество. Ты и так тащил на себе слишком большой груз…

– Не зная, что в конце концов мне все равно придется умереть? – подхватил я. – Да, кажется, понимаю.

Хирон грустно на меня посмотрел. Он прожил три тысячи лет и видел смерти сотен героев. Возможно, ему это не нравилось, но он привык. Он почел за лучшее не пытаться меня переубедить.

– Перси, – сказала Аннабет, – ты же знаешь, пророчества всегда имеют двойной смысл. Возможно, тебе не придется умереть в буквальном смысле.

– Конечно, – покивал я. – «Единственный выбор дни его пресечет». Толкуй, как хочешь, верно?

– Может, мы сумеем этого не допустить, – с надеждой произнес Джейк Мейсон. – «Душу героя проклятый клинок пожнет». Возможно, мы сможем найти этот проклятый клинок и уничтожить.