Пропавший герой

Когда ему было скучно, пятидесятиминутный урок, казалось, растягивался на шесть часов. Но когда с ним происходило что-то интересное, например, его водили по лагерю полубогов, время пролетало незаметно, а потом – бам! – и оказывалось, что день уже прошел.

– Ужин, – сообщила Нисса. – Идем, Лео.

– Нам наверх, к павильону?

Она кивнула.

– Идите вперед, – попросил он. – Я… дай мне минутку, ладно?

Нисса заколебалась, но потом выражение ее лица смягчилось:

– Конечно. На тебя вывалили столько информации.

Я помню свой первый день. Догоняй, как будешь готов. Только ничего не трогай. Почти любой проект здесь может убить, если не быть осторожным.

– Ничего не буду трогать, – пообещал Лео.

Его соседи по домику хлынули из кузницы, и вскоре Лео остался один посреди рева, скрипа водяных колес и звяканья и жужжания мелких механизмов.

Он уставился на карту лагеря, на те места, где его новообретенные братья и сестры собирались расставить ловушки на дракона. Это было неправильно.

Очевидно неправильно.

«Очень редкий, – подумал он. – И всегда опасный».

Он поднял руку и изучил свои пальцы. Длинные и тонкие, совсем не такие, как у других детей Гефеста. Лео никогда не был самым крупным или сильным ребенком. Он выживал в опасных районах, плохих школах и жестоких приемных семьях благодаря смекалке. Он был клоуном, какие есть в любом классе, шутом, потому что очень рано понял, что, когда ты травишь байки и изображаешь бесстрашие, тебя обычно не трогают. Даже самые отчаянные хулиганы будут терпеть тебя смеха ради.

Плюс юмор – это хороший способ скрыть боль. А если это не срабатывает, всегда есть план Б. Сбежать. Снова и снова.

Был еще план В, но он поклялся себе больше никогда его не использовать.

Однако сейчас Лео ощутил острую необходимость сделать именно то, чего не позволял себе с того несчастного случая, со смерти мамы.

Он развел пальцы и ощутил покалывание, как после онемения. Полыхнуло – и по его ладони заплясали раскаленные докрасна языки огня.

7

Джейсон

Стоило Джейсону увидеть дом – и он понял, что ему крышка.

– Мы на месте! – жизнерадостно возвестила Дрю. – Большой дом, штаб-квартира лагеря.

Он совсем не выглядел угрожающе, обычный четырехэтажный голубой особняк с белой отделкой. На опоясывающей его террасе стояли удобные кресла, карточный столик и пустая инвалидная коляска. Ветряные колокольчики в виде нимф, поворачиваясь, превращались в деревья.