Монстролог. Дневники смерти (сборник)

Каким-то образом я нашел в себе силы сдвинуться с места, хотя колени у меня страшно дрожали, и я в буквальном смысле не чувствовал своих ног. Я старался смотреть только на Доктора и изо всех сил сдерживал то и дело подкатывающие рвотные позывы. Я передал ему щипцы и протянул поддон; руки у меня тряслись, я пытался подольше не вдыхать, так как вонь от гниющей плоти обжигала мне рот и оседала слоем в горле, подобно ожогу.

Доктор Уортроп полез щипцами в грудную клетку чудища. Я услышал, как металл наткнулся на что-то твердое – сломанное ребро? Неужели это существо тоже отчасти пострадало? И если так, то где монстр, что проделал с ним это?

– Очень любопытно, очень любопытно, – сказал Доктор; голос его приглушала маска.

 – На первый взгляд, никаких наружных следов травмы, но, однако, он мертв, как дверной гвоздь… Что убило тебя, Антропофаг, а? Каким образом настигла тебя твоя судьба?

По мере того как он говорил, Доктор стряхивал тонкие лоскутки плоти с щипцов в металлический поддон.

Они были темными и волокнистыми, как вяленое мясо; к одной-двум нитям пристали кусочки белой ткани, и я вдруг понял, что он кидает в поддон вовсе не плоть монстра, это была плоть с лица и шеи девушки.

Я посмотрел вниз между своих протянутых рук туда, где работал Доктор, и увидел, что он очищает не сломанное ребро. Он чистил зубы монстра.

Комната вокруг меня начала вращаться. Доктор заговорил успокаивающим, тихим голосом:

– Держись, Уилл Генри. Ты не поможешь мне, если потеряешь сознание.

Этой ночью мы исполняем свой долг. Мы на посту. Мы – студенты природы, так же как и ее продукт, все мы, включая и это создание. Рожденные одним и тем же Божественным разумом, если ты веришь в такое, потому что как же иначе? Мы солдаты науки, и мы исполним свой долг. Да, Уилл Генри? Да, Уилл Генри?

– Да, Доктор, – икнул я. – Да, сэр.

– Молодец!

Он бросил щипцы в металлический поддон. Пальцы его перчаток были в крови и ошметках кожи.

– Принеси мне долото.

Я с облегчением вернулся к столику с инструментами. Однако, прежде чем принести долото, я попытался набраться, как истинный солдат науки, решимости для следующей атаки.

Хотя у Антропофага и не было головы, у него имелась пасть. Или зубы. Их концы были, как у акулы, и сами зубы были подобны акульим: треугольные, зазубренные, молочно-белые. Они располагались рядами, которые шли к центру пасти из темной глубины горла.