Перси Джексон и лабиринт смерти

– Да, ты права, – с упавшим сердцем сказал я Аннабет. – Нам надо добраться до Лагеря полукровок. Немедленно!

Глава вторая

Подземный мир шлет мне шуточный вызов

Долгая поездка на такси с рассерженной девочкой – прекрасное завершение прекрасного утра!

Я пытался разговаривать с Аннабет, но она вела себя так, словно я ударил ее любимую бабушку. Все, что мне удалось из нее вытянуть, – это что она провела весну в Сан-Франциско, где полно чудовищ; что она с Рождества дважды возвращалась в лагерь, но почему – она мне не сказала (я слегка разозлился: она мне даже не сказала, что приезжала в Нью-Йорк!); и что о местонахождении Нико ди Анджело она так ничего и не узнала (это долгая история).

– Про Луку ничего не слышно? – спросил я.

Она покачала головой. Я знал, что для нее это больная тема. Аннабет всегда восхищалась Лукой, бывшим старостой из домика Гермеса, который предал нас и присоединился к злому титану, владыке Кроносу. Она в этом бы ни за что не призналась, но я знал, что он ей до сих пор нравится.

Прошлой зимой, когда мы сражались с Лукой на горе Тамалпаис, он каким-то чудом пережил падение с шестнадцатиметрового утеса. И теперь, насколько я знал, он по-прежнему путешествовал на своем круизном лайнере, кишащем демонами, а его изрубленный владыка Кронос тем временем мало-помалу восстанавливался в золотом саркофаге, выжидая, пока наконец накопит достаточно сил, чтобы бросить вызов богам Олимпа. По-нашему, по-полубожески, это называется «проблемы».

– На горе до сих пор полным-полно чудовищ, – сказала Аннабет. – Близко подойти я не рискнула, но не думаю, что Лука там. Мне кажется, если бы он был там, я бы знала.

Легче мне от этого не стало.

– А как насчет Гроувера?

– Он в лагере, – ответила она. – Мы с ним сегодня увидимся.

– Ему удалось добиться успеха? Я имею в виду, в поисках Пана?

Аннабет принялась теребить свое ожерелье, как всегда, когда она была чем-то озабочена.

– Увидишь, – сказала она.

А объяснить отказалась.

Пока мы ехали через Бруклин, я взял у Аннабет телефон, чтобы позвонить маме. Полукровки по возможности стараются не пользоваться мобильниками: для нас выходить в эфир – все равно что вывесить объявление для чудовищ: «Вот он я! Нате, ешьте меня!» Но я решил, что это важно. Я оставил сообщение на домашнем автоответчике, попытавшись объяснить, что случилось в школе Гуд. Наверно, у меня не очень хорошо получилось.