Перси Джексон и лабиринт смерти

Мы поднялись на Зевсов Кулак, громадную груду валунов в центре западных дебрей. Это был естественный ориентир, ребята часто назначали там встречу во время вылазок, но сейчас там никого не было.

– Вон там! – шепнула Аннабет.

– Нет, погоди! – возразил я. – Сзади!

Это было странно. Шорох и шуршание доносились как будто бы сразу с нескольких сторон. Мы огибали валуны, держа мечи наготове, как вдруг кто-то сказал «Привет!» прямо у нас за спиной.

Мы резко развернулись, лесная нимфа Можжевела взвизгнула.

– Уберите эту гадость! – возмутилась она. – Дриады не любят острых клинков, ясно?

– Можжевела! – выдохнула Аннабет. – Ты что тут делаешь?

– Живу я тут.

Я опустил меч.

– В валунах, что ли?

Она указала на край поляны.

– В можжевельнике! Во тупой!

Ну да, логично. Я почувствовал себя идиотом. Я много лет общался с дриадами, но ни разу по-настоящему с ними не разговаривал. Я знал, что они не могут уходить далеко от своего дерева, потому что это источник их жизни. Но больше я про них почти ничего и не знал.

– Вы очень заняты? – спросила Можжевела.

– Ну как, – ответил я, – мы сейчас участвуем в игре, где надо убить кучу чудовищ и не быть убитым самому.

– Нет, не заняты, – сказала Аннабет. – Что случилось, Можжевела?

Дриада всхлипнула и утерла глаза шелковым рукавом.

– Да все Гроувер… Он сделался такой странный! Целый год ищет Пана. И каждый раз, как он возвращается, с ним все хуже и хуже. Я даже поначалу думала, может, он с другим деревом встречается?

– Нет-нет, – сказала Аннабет, когда Можжевела снова расплакалась.

– А вот он как-то раз увлекся кустом черники… – грустно произнесла Можжевела.

– Можжевела, – проговорила Аннабет, – Гроувер бы ни за что даже и не взглянул на другое дерево! Он просто расстроен из-за своей лицензии искателя.

– Под землю он не пойдет! – твердо сказала дриада. – Не пускайте его туда!

Аннабет сделалось неловко.

– Но, может быть, это единственный способ ему помочь – если бы мы только знали, откуда начать…

– А-а! – Можжевела утерла со щеки зеленую слезу.

В лесу снова раздался шорох, и Можжевела вскричала:

– Прячьтесь!

И не успел я спросить, почему, как она развеялась облачком зеленого тумана.

Мы с Аннабет обернулись. Из чащобы выползало блестящее янтарное членистоногое, длиной метра три, с зазубренными клешнями, бронированным хвостом и жалом длиной с мой меч. Скорпион.