Стрэнжвилл. Книга первая

Я припарковалась у обочины и вышла. И первым делом я пошла проверить отца. Открыв дверь, я неожиданно увидела Роллса на пороге, отчего сердце чуть в пятки не провалилось. Отец своим видом напугает кого угодно!

– Мы приехали, – сказал он, глядя в небо.

– Я заметила! – схватившись за сердце от испуга, сказала я, и с недоумением посмотрела в небо, – будто здесь оно другое, – буркнула я себе под нос.

Роллс широко улыбался и сквозь его тонкую кожу было видно, как кровь приливала по сосудам, отчего те слегка раздувались.

– Ну может, тебе и в радость наша поездка, а мне всю машину придётся перековырять, – нахмурившись, сказала я, – нашёл же на что обменять, – с тоской по линкольну сказала.

Но отец всё равно продолжал улыбаться и вдыхать ртом воздух. Похоже, он очень занят наслаждением, и ему не до моего злобного ворчания. Выгружая несколько больших чемоданов из багажника и пакеты с вещами, я думала об этом странном месте, а этот дом – он продаётся? Если так, то почему нет вывески?

Закончив возиться с вещами, я отправилась к отцу.

Пересадив его на диван, я вынесла инвалидное кресло на улицу, а затем вытащила отца на своей спине из пыльного салона трейлера, и максимально аккуратно усадила в кресло. Роллс не мог нарадоваться и насладиться переменам, а я решила осмотреться.

Направляясь к дому по сочному, зелёному газону, моя нога случайно провалилась в ямку с водой и тело шлёпнулось на влажную траву. Медленно вытаскивая ногу из грязи, я почувствовала запах болотного газа.

Лицо сморщилось от невыносимой вони, а руки прикрыли нос и рот. Поднявшись, я посмотрела на отца, он посмеялся надо мной.

– О, конечно, очень весело! Смейся, смейся, – злобно сказала я, снимая кроссовки, – ой! Фу-у! Вонь невыносимая, – проворчала.

Здесь настолько влажный климат, что происходит большое скопление воды в почве. Пробравшись вдоль невидимого болота, я наконец-то наступила на твёрдую и сухую поверхность. Удивительно, но этот дом сохранился очень даже неплохо.

Фасад нисколько не прогнил и мха на нём нет. Видимо, кто-то всё же присматривал за ним. Случайно я почувствовала что-то. Обернувшись, мой взгляд наткнулся на стоящего с противоположной стороны дороги невысокого, седовласого, в чёрной куртке и в серых джинсах старика. Он опирался на палку. Старик решительно пошёл ко мне, прихрамывая на правую ногу и приблизившись на достаточное расстояние, улыбнулся.

– Здравствуй, Эммилия! – сказал он.