Драконья Десница

Нет, только не в их городке, где между двумя слоями населения так отчётливо прослеживалась граница. Причём буквальная: на возвышении, на площади, был целый элитный квартал, где жили одни богачи: зажиточные купцы, командиры, полководцы, сам градоправитель. А вниз от этой площади уходили улицы, где жили все остальные и где помои выливали из окон прямо на улицу. Чем дальше – тем более нищие. Совсем на границе с Игнисом, где стояла та самая Белая Крепость, где был шахтёрский лагерь, царило полнейшее беззаконие. Там могли ограбить прямо посреди дня, туда соваться было небезопасно.

Конечно, если тебя не сопровождает полк из двух дюжин рослых мечников в кожаных кирасах, как градоправителя. Да, элита и нищета.

И это на границе одной из самых развитых стран Союза Четырёх Драконов!

Чем сильнее Птолема погружалась в эти думы, тем грустнее ей становилось. За стенами особняка грохотала неудержимая буря, где-то бешено хлопали ставни.

Однако скоро её мысли прервал отчётливый звук, донёсшийся с первого этажа: громкий треск, как будто сломали громадную доску.

Но буквально сразу же Птолема поняла, что произошло кое-что более существенное: выбило входную дверь.

Теперь первый этаж особняка Пироса наполнился чудовищными звуками: рёв дождя, грохот мебели, звон зеркал. Это всё было настолько чётко и отчётливо, что девушка не на шутку испугалась: а уж не грабители ли ворвались в поместье градоправителя?

И тут она услышала мягкие шаги, поднимающиеся по лестнице на второй этаж. Лестница с первого этажа как раз вела в кухню, а оттуда было два коридора: один в кабинет его светлости, а другой – в гостевую опочивальню, где спал гонец из пустыни.

И кто-то явно намеревался пройти один из этих маршрутов.

И тот, и другой коридоры освещались светильниками на стенах. Но проблема была в том, что свет был очень тусклый, и разглядеть что-то было очень трудно. Всюду в каких-то адских танцах плясали тени. То ли из-за того, что кое-кто забил на свои прямые обязанности и не протирал их, то ли из-за тайной магии.

Птолема с шумом втянула воздух и задрожала всем телом: такого ужаса она ещё не испытывала. Некогда привычный пятничный путь превратился в непроходимую дорогу, полную ужаса и страданий. Сердце бухало где-то в голове, во рту появился горьковатый привкус. В следующую секунду она выронила бутылку из рук и та с гулким звоном ударилась о пол, но не разбилась.

Незнакомец всё так же тихо ступал, как будто не хотел напугать своей внезапностью.