Как убили Юлю

Юлия подумала, что когда-то они с Борисом и Сашей ходили так, пока их пути не разошлись. Всё по классике: она уставала на работе, нянчилась с ребёнком, а он лапал секретарш. И однажды ей всё это надоело… Развод. Девичья фамилия.

«Интересно, а сейчас он с кем-нибудь встречается?» – подумалось ей. Очень уж странным показалось ей то, что резко отказался прийти в школу, сославшись на дела. Ей захотелось проверить это, и она полезла в телефон. Теперь всё обо всех знают социальные сети.

Когда она искала его страницу, сердце у неё забилось учащённо – она заволновалась.

Испугалась увидеть его в обнимку с какой-нибудь развратной блондиночкой, развалившейся у него на коленях…

Сердце у неё подпрыгнуло, когда она зашла на страницу: уже на «аватарке» он, конечно, был не один – обнимал своей мощной рукой за осиную талию женщину в обтягивающем чёрном платье. Только не блондинку, а тоже рыжую – как сама Юлька. И помоложе лет на пять или семь.

В груди где-то неприятно и необъяснимо заныло, но она удержала себя и от того, чтобы запустить телефон в стену.

Стала листать другие фотографии – везде он позировал по-модельному, чванливо. На одной фотографии он стоял на горе, одетый в красный зимний горный костюм, поднимая руку с альпинистским молотком. Демонстрируя замах. Подпись к фото гласила: «Кто-то боится опасности, а кто-то хватается за неё двумя руками».

Юля отдёрнулась от экрана – настолько впечатляющая поза была у него. Да и взгляд его, сквозивший из-за красных пластиковых очков, говорил ей, что он замахивается именно на неё, а не просто на рандомного фотографа… Ведь он тоже знал, что она боится… Что у неё есть этот гвоздь в ботинке.

Что она боится МОЛОТКОВ.

«Ну, это уже бред откровенный», – выдохнула Юля и выключила экран.

«Я тебе как невролог заявляю, – вспомнилось ей. – Попей хоть «глицин»… Или «фенибут». Если хочешь, я тебе рецепт к «адаптолу» выпишу. Ты себя изведёшь. Слишком ты нервная. На ровном месте. То молотков боишься, то в подъезд боишься зайти».

«Что за бред? – возмутилась она.

 – В подъезд я не боюсь заходить».

«Ну, я же образно. Я говорю, что, если не решать эту проблему, она обострится. Она будет прогрессировать».

«Я сама врач. Не нагнетай. Не лечи меня».

Так или иначе, Артём мог оказаться прав – ей становилось тяжелее, нежели раньше. Эти молотки… Они уже скоро будут ей мерещиться везде. Они уже во сне будут стучать. Тук-тук-тук-тук-тук…

«А если у тебя пациент будет с фамилией Молотков?» – не унимался Артём.