Кофе со сливками

Член его стоял колом, почти упирался ей в живот; и она обхватила его двумя руками, принялась делать плавные движения от себя и к себе…

Взглянув в его лицо, она хотела поймать его взгляд, но почему-то видела лишь белую улыбку, и редкую щетину, напомнившую ей о том мажорчике на кабриолете… Но это был куда более взрослый и опытный мужчина, уверенный. Настоящий самец.

Он положил ей руки на грудь и принялся мять их, стараясь слишком не сжимать. Алина же прикусила губу, чтобы не застонать, и пока ей это удалось.

Она пыталась подумать о том, что там где-то её ждёт Тоша, её любимый ранимый Тоша, но теперь это казалось таким далёким… Это всё будет потом, а сейчас…

Катя почти взвыла, а потом неожиданно рассмеялась; раздались чавкающие звуки поцелуев, и не только. Она что-то неразборчиво проговорила, а потом затихла, но шлёпающие звуки начали снова ускоряться.

«Джон Доу» опять принялся её целовать в шею, в плечо, а потом крепко обхватил её за талию, твёрдо упёршись членом ей в живот.

Она же опустила свои руки и просто попыталась расслабиться, слыша гулкое биение своего сердца, и вдыхая резкий парфюм своего нового знакомого…

Сколько это продолжалось, она не знала, но очнулась в ту секунду, в которую он взял и наклонил её над кроватью – она чувствовала его по-прежнему крепкие руки уже у себя на хрупких плечах. Сделала ещё одну робкую попытку освободиться, но лишь для галочки, чтобы убедить себя, что сделала всё, что могла… А потом почувствовала, как он прижался к ней сзади своим мощным тазом, своим мощным членом.

Одной рукой он начал стаскивать с неё брюки, сначала безуспешно, но она ловко помогла ему, правой рукой отщелкнув ремень и ослабив его, лишь на секунду выйдя из этого розово-туманного предвкушения предстоящего соития…

Он с силой стащил с неё брюки, за которыми последовали и её кружевные трусы, которые Тоше оказались прошлым вечером совершенно неподвластны. Она почувствовала его пятерню уже на своей попе – он крепко ухватился за правую сторону, сжал.

Проверил на упругость, потом отвёл немного в сторону.

Алина опять закусила губу, подавляя желание пустить уже свою руку в дело. «Джон Доу» же самодовольно и предвосхищённо заохал, а потом она почувствовала его агрегат – горячий, как горчичник, извергающий из себя смазку, который заелозил, заскользил по её дамочке, ища место входа… Из груди её вырвался хриплый вздох, когда он вошёл, растягивая её.