Последний бой героя

Вижу, дело серьёзное, – посерьёзнел десятник и начал открывать ворота шире. – Не зашиби никого своей лошадкой…

Улица в деревушке оказалась просторной, на которой было довольно много пёстрого народа. Бросались в глаза сразу широкоплечие мужчины – шатены, блондины – в белых рубахах с красными воротами, подпоясанные, в серых штанах. Кто-то был в сапогах, кто-то в – лаптях, кто-то ещё в какой-то обуви. Все – как на подбор – не малые. С квадратными челюстями, копнами волос и мощными предплечьями с проступающими венами.

Кто-то нёс большие тряпичные мешки, под завязку набитые чем-то. Один – самый здоровый из них – нёс сразу два мешка, прижав их к своим бокам.

Двое, одетые в кожаные брони с нагрудными пластинами и без шлемов, стояли у крыльца одного дома. Один точил свой меч с характерным звуком – этот стук Руслан и слышал у ворот.

Женщины, одетые в серые просторные платья и разноцветные сарафаны, трусили бельё. Одна – совсем молодая девчушка с русой косой – зашивала портки, сидя на лавке в тени.

Другие – ещё младше – просто дурачились рядом. Возможно, сёстры.

Жители сразу сбавили шаг; иные же начали выходить на улицу, чтобы посмотреть на гостя.

– Это что, гонец? – спросил кто-то.

– Нет, дружинник, – ответил другой.

– Мне нужен Порфирий Львович, – сказал Руслан погромче, чувствуя, как Верный под ним беспокойно переступает, видя толпу. Но толпа хоть и была большая, но явно дружелюбная.

– Хоть бы дней десять его не требовали, – сказал один мужик – тоже рослый, метр девяносто где-то ростом, но не слишком широкоплечий.

На лбу у него была широкая повязка, сдерживающая копну его рыжих волос. На плече у него была верёвка – настоящий ворсистый канат. – Спешься. Не пугай народ. И иди за мной.

Руслан сделал, как ему сказали, и повёл коня за собой. Народ мало-помалу стал разбредаться по своим местам, продолжая бросать заинтересованные и удивлённые взгляды.

– Кто ты? – спросил витязь.

– Степан, – ответил тот.

«Всё понятно», – подумал Руслан.

Они прошли половину домов и вышли к дому, ставни окон которого были украшены красивыми узорами, а стена расписана красно-синей росписью.

– Олежка! – крикнул Степан. – Прими коня… Не бойся, всё будет… Олежка, где ты там?

Из дома выскочил босоногий мальчишка, при этом топоча как бегемот. Тоже рыжеватый. По-видимому, брат.

– Прими коня, – повторил Степан. – Видишь, гости.

Олежка стрельнул глазами сверху вниз и ничего не сказал, просто подскочив к скакуну.