Тёмная Коронация

Сумерки, успевшие набросить своё покрывало на округу, сгущались всё сильнее; первая, самая яркая звезда отчётливо сияла над головой. В домах загорались окна, в которых плясали язычки пламени, доносились голоса и смех, в конюшне фыркали кони, нервно постукивая копытами. Я невольно перевела взгляд на просторное деревянное строение. Из приоткрытой двери струился свет. Как там Вел?

Отгоняя непрошенные мысли, поспешила стянуть грязную одежду и умыться с помощью любезно предоставленного тазика с тёплой водой.

В мутном маленьком зеркале, искажавшим все, что попадало в его сети, я увидела уставшего человека, с мокрыми, прилипшими к щекам волосами, на которых отчётливо серебрились белые пряди.

– Что же ты такого увидел там, в лесу, а, Вел? – я подцепила одну из них, поглаживая подушечками пальцев, – что это всё(чёрт подери) значит?

Уже было открыла рот, чтобы спросить Марлока, ведь кот обещал всё объяснить, но рыжего негодяя и след простыл. Видимо он воспользовался окном и ускользнул по своим делам.

Ничего не оставалось, как лечь в постель.

***

Тюфяк казался слишком жёстким, одеяло слишком жарким, а без него – холодно. Солома в тюфяке колола ребра и я уже не знала как устроиться, чтобы провалиться наконец-то в блаженную темноту. Тишина вокруг была слишком раздражающей и не выдержав всей этой свистопляски, я рывком поднялась с кровати. Сон не шёл.

Луна заглядывала в окна, сверкая своим блестящим белым боком. Полнолуние осталось позади, с каждой ночью темнота откусывала всё больший и больший кусок от холодного светила.

Ноги быстро заледенели от соприкосновения босых ступней с шершавым деревянным полом, что выстыл с открытым в комнате окном. А вот Марлок, удобно устроившись на смятом одеяле сладко сопел, в пику моей бессонницы.

На фоне тёмных домов, царапая глаза, ярко выделялся льющийся, из приоткрытой двери конюшни, свет. Видимо Велу, как и мне, не спалось. Я облокотилась на подоконник, рассматривая деревню с высоты второго этажа.

Не птичий полёт, но то же не плохой вид. В глубине души всё ещё копошилась обида за вампира, злость на него же и полное отсутствие понимания происходящего.

Я выругалась сквозь зубы, натянула прямо под длинную ночную сорочку дорожные штаны, выскользнула в спящий дом. Половицы как назло, скрипели, одна мелодичнее другой, а света, пробивавшегося сквозь пару мелких окон, не хватало, чтобы случайно не напороться на препятствие.