Нереальная дружба

Черноглазая девица надела мягкие тапочки, накинула белый пеньюар и, освещая дорогу одной свечой, бесшумно выскользнула за дверь, скрываемую ширмой. По крутой каменной лестнице она спустилась на второй этаж и сняла с шеи ключ, который идеально подошёл к скважине в двери, ведущей в гардеробную той комнаты, куда недавно вернулась Ирена…

Незваная гостья сначала проскользнула к туалетному столику, осветила его и, не обнаружив ничего для себя интересного, подошла к кровати. Резким движением она отдёрнула голубой балдахин.

Ирена лежала лицом к стене. Обернувшись, она увидела склонившееся над собой мертвенно-бледное, но прекрасное лицо дивы с каштановыми локонами.

– Прекрати этот цирк, Анжелина! – нарушила тишину блондинка.

Но девица промолчала в ответ.

В этот миг сверкнула молния.

– Уходи!

Черноглазая красавица продолжала пристально смотреть на Ирену и не двигалась с места, больше напоминая привидение, чем живого человека. Хозяйка комнаты села на кровати и усмехнулась:

– Не думай, что я оставила её здесь.

Девица отступила и злобно сверкнула глазами. Прогремел гром.

– Я добьюсь, чего хочу… – медленно и членораздельно проговорила красивая и величественная гостья Ирены.

– Нет! – поднялась с постели блондинка, начиная раздражаться. – Мне надоели твои еженощные визиты. Я не понимаю, что ты хочешь этим сказать, но уверяю тебя – ты ничего так не добьёшься! Оставь меня в покое, Анжелина!

В морских глазах хозяйки комнаты заиграл 12-балльный шторм, радужка наполнилась зеленью.

– Я добьюсь, чего хочу, – так же медленно прошипела красавица в ответ и стала пятиться к двери.

В тот же миг снова сверкнула молния.

Ирена только покачала головой, провожая гостью взглядом. Едва Анжелина коснулась ручки двери, прогремел гром. Девушка быстро исчезла в проёме гардеробной, а хозяйка комнаты тяжело вздохнула и опустилась на кровать. Упав на подушки, она зажмурила глаза: былое негодование и непонимание поступков черноглазой красавицы постепенно сменялось раздражением, и блондинка сжала зубы, борясь с зарождающейся ненавистью.

Тревожить сон Ирены приходила её двоюродная сестра по отцу, впрочем, меж девицами не было заметно сходства. Фигура и все движения странной кузины отличались величием и завораживали любого. Её густой голос был создан для того, чтобы петь ангельские арии, но вместо этого девица сыпала угрозами и шипела, словно змея.

Красота Анжелины не знала границ.