Новый сюрприз

Немного пошатываясь, словно после тяжкой битвы, молодой герцог медленно подошёл к окну и стал всматриваться вдаль. Мелани сделала едва заметный реверанс за его спиной и уже хотела уйти, как обратила внимание на то, что недалеко от лестницы притаился Винтер. Девушка метнула на него недобрый взгляд и быстро направилась в залу, где веселились гости принцессы.

Грудь Джона тяжело вздымалась. Робин неслышно подошёл к нему и встал позади. Через несколько секунд он спросил:

– Что случилось, братишка?

– Ничего хорошего, Робин… Я потом расскажу, но хуже уже не будет.

– Я готов задушить эту девчонку! – прошипел Винтер.

– Не надо никого душить, – обернулся Райт. – Скажи лучше, как там Ирена?

– Не знаю, но, вероятнее всего, плохо. После вашего с леди Мелани ухода она тоже исчезла из залы.

– Как это «исчезла»?

– Я не заметил, но, похоже, она убежала куда-то с Джеромом. Его тоже нигде нет.

– Вот дела! – буркнул Джон. – И надо же было этой Мелани заварить кашу именно в день рождения Ирены… Представляю, что будут говорить светские кумушки после всего этого…

– Тебе следует вернуться.

Ваше отсутствие очень заметно. Нужно догнать эту Кендбер. Вы должны вернуться вместе, раз вместе уходили, а то мальчишество какое-то получается…

– Да ещё и Ирена добавила масла в огонь!.. Со своим любимым другом.

И друзья быстро направились вслед за интриганкой. Они поспели как раз вовремя, чтобы пропустить девушку перед собой в залу. На лице леди Мелани была обозначена едва заметная улыбка, но глаза её метали молнии, герцог Джинджеффер выглядел очень расстроенным, а сэр Робин Винтер под пушистыми ресницами прятал взгляд, слишком красноречивый, чтобы не дать окружающим проникнуть в мысли юноши.

Конечно, это выглядело нелепо, но иного выхода не было. «Пусть все думают, что стражи таскаются с новой красавицей двора, как курица с яйцами! – думал Робин. – Пусть лучше считают, что мы все очарованы и околдованы ею, чем подозревают что-то нехорошее и сплетничают по углам. Ух, какие же эти приёмы и балы оказались скучными и однообразными!..»

Голубая гостиная была погружена в полумрак.

В большом мягком кресле, распушив юбки, утонула Ирена. Её правая рука упёрлась в подлокотник, а ладонь подпирала уставшую голову. Красиво завитые умелыми руками парикмахера локоны спускались вдоль шеи, мелко вздрагивая при каждом неровном вздохе девушки. Джером – прекрасный в своей печали – стоял позади спинки кресла и хмуро наблюдал за подругой.